В ярости рождённая (Дорога Ярости) полностью

– Да, Алли, это я, – успокаивающе ответила капитан Керэмочи. – Медики уже здесь. Да услышь ты меня наконец – медики здесь. – Ещё две закованные в броню руки протянулись и обхватили с обеих сторон шлем Алисии, удерживая его в неподвижности, в то время как Керэмочи Чийеко наклонилась к ней. Их забрала соприкоснулись, и Керэмочи, ловя глазами опустошенный взгляд Алисии, медленно и отчётливо произнесла. – Сержант, медики здесь. Позволь им помочь ей. Алли, ты понимаешь меня?

– Да, – прошептала Алисия, наконец обвисая в кольце поддерживающих её рук. – Да.

– Тогда давай заберём вас обеих отсюда, – мягко, сквозь слезы скатывающиеся с её собственных щёк, позвала Керэмочи. – Пора домой.

Октябрь в северном полушарии Старой Земли…

Осень золотой кистью раскрасила внутренний сад дворцового комплекса Слайго [город и порт в Ирландии].Когдалейтенант Алисия ДеФриз во главе Роты Чарли строевым шагом прошла через  похожую на пещеру арку во внутренней стене комплекса, перед ней во всю ширь распахнулся величественный ландшафт просторного Двора Героев: с расцвеченной осенью листвой садиков, фонтанами, тихо струящимися среди отражающими лёгкие облака водоёмов, и невольно притягивающим взгляд Кенотафом [кенотаф – пустая могила]в самом его центре. Квадратный плац, выложенный не бездушным керамогранитом, а плитами натурального камня, сливающимися в какую-то причудливую мозаику, увенчанный стапятидесятиметровым шпилем из отполированного мрамора и обрамлённый цветником, в котором, казалось, смешались все цветы вселенной, был достаточно большим, чтобы выстроить весь батальон.

Причиной странной текстуры и расцветки внутреннего двора было то, что каждая отдельная каменная плита была специально доставлена с каждой входящей в  Земную Империю населённой планеты и луны.

Алисия до сих пор не могла привыкнуть к лейтенантским знакам различия на своей униформе, но так или иначе, несмотря на то, что ей ещё только предстояло пройти обязательную переподготовку в Офицерской Школе, формально это звание уже принадлежало ей. Она, чётко печатая шаг,  шла от арки входа к Кенотафу вдоль длинной, прямой как стрела аллеи, вдоль простых мемориальных досок из оружейной стали с выгравированными на них именами, родами войск и личными номерами мужчин и женщин, погибших защищая Земную Империю.

Этой алее, казалось, не было конца. И Алисия шла по ней, смотря прямо перед собой на четырёх людей, одиноко стоящих на плацу в тени обелиска. Конечно, там были и другие, допущенные на расположенные вдоль южного края внутреннего двора Кенотафия места для приглашённых, но их было немного.

Наконец она пересекла границу вымощенного камнем плаца и её решительный шаг по каменной поверхности рассыпался отчётливой дробью, усиливавшейся с каждым вступившим на плац десантником. Их подошвы опускались на камень с безукоризненной синхронностью, но сквозь эхо собственных шагов Алисия чувствовала их присутствие за своей спиной.

Их было немного.

Танис Като, всего два дня назад выписанная из госпиталя. Эрик Андерсон, Алек Говард, Джексон Келлер, Александра Филипова, Дигори Бекетт, Джеймс Крол, покинувший больницу за день до Танис, и Карен де Ниж.

Девять мужчин и женщин, включая Алисию. Единственные оставшиеся в живых из Роты Чарли, Третьего Батальона, Второго Полка, Пятой Бригады Имперских Кадров.

Они строевым шагом, чётко печатая шаг по брусчатке, прошли к центру плаца, повернули налево, а затем, остановившись, резко развернулись обратно вправо. В единый прекрасно скоординированный момент их левые пятки ударялись о камень и они застыли по стойке «смирно» перед ожидающими их четырьмя мужчинами.

Безмолвие сада нарушали лишь шелест листвы под порывами прохладного октябрьского ветра, резкие хлопки развевающихся вымпелов на флагштоках вокруг Кенотафа, плеск воды в фонтанах, отдалённые птичьи крики и почти неслышимый гул антигравитационных платформ камер головидения.

– Рота Чарли, Третий Батальон прибыла по Вашему приказанию, Сэр! – решительно отрапортовала Алисия, в чётком приветствии вскинув руку к виску.

Генерал Дюголд Арбатов, командующий Кадров, ответив на приветствие, повернулся к человеку, стоящему рядом с ним.

– Бригадир, пожалуйста, проведите перекличку, – попросил он.

– Да, Сэр! – ответил Сэр Артур Кейта и, достав старомодный архаичный планшет, зажатый до этого момента под левым локтём, повернулся, чтобы встать лицом к лицу перед этими девятью мужчинами и женщинами, вытянувшимися перед ними по стойке «смирно» на плацу, предназначенном для батальона.

– Алвин, Мэдисон! – сказал он, даже не глядя на аккуратно отпечатанные на настоящем бумажном листе колонки имён.

– Здесь, – ответила Алисия решительным и звонким голосом.

– Андерсон, Эрик!

– Здесь, – отозвался Андерсон.

– Арун, Нэмрэта!

– Здесь, – ответила Танис Като.

– Ашмид, Джереми!

– Здесь! –  рявкнул Алек Говард.