Очень полезно было видеть вещи с разных сторон, в разных измерениях. Немало времени потребовалось, чтобы привыкнуть к новому, двухперспективному зрению, которое стало нормой внутри корабля. Постоянная связь между ней и компьютером давала ей возможность видеть вещи не только своими глазами, но и при помощи системы внутренних сенсоров. Это было лучше, чем круговое зрение. Перед ней представали все стороны рассматриваемых предметов, она более не жила «за своими глазами». Она ощущала себя как одну форму среди многих; форму, которой она двигала и которой маневрировала среди других форм, будто в сложном, но увлекательном упражнении на координацию.
Обучение такому многоперспективному зрению было сложным и раздражающим, но теперь она наслаждалась. Впервые она могла видеть себя в среде обитания, замечать недостатки своих движений и исправлять их без помощи посторонних. Видеть сервомеханизм сразу спереди, сзади и с обеих сторон было очень полезно. Она не только могла зрительно проверить любую его часть по своему выбору, но и, благодаря Мегере, анализировала его движения «на глаз» во всех трех измерениях с точностью лабораторного испытательного стенда. Она восхищалась этим, хотя то и дело задумываясь, но в последнее время все реже и реже.
Она улыбалась, вспоминая свою прежнюю панику. Как она опасалась, что связь с «альфа-синтом» что-то с нею сделает. Она боялась превратиться в простой придаток компьютера. Ничего подобного не произошло. Она стала не меньше, а намного больше, получив наперсницу, сестру, дочь, защитницу и наставницу. Мегера была всем этим. Но Алисия дала искусственному интеллекту еще больше. Она дала Мегере жизнь, человеческие качества, которых не могла дать никакая кибер-система. С любой точки зрения она была матерью Мегеры, и они представляли вместе гораздо больше, чем сумму своих частей.
Она подозревала, однако, что ее альфа-синтез был не тем, что имели в виду компьютерщики, психологи и психиатры, и Мегера с ней соглашалась. Вряд ли могло случиться иначе при участии Тисифоны. Мегера не имела опыта слияния, Алисия не обладала информацией, которую получал кандидат на «альфа-синт» в процесс подготовки, поэтому они не могли быть уверенными на сто процентов, однако все в обширной базе данных Мегеры говорило о том, что слияние подразумевалось более полным, они должны были стать
Но Алисия понимала, что обе они вполне довольны ситуацией и не хотели бы «правильного» слияния. Их положение давало больше простора для роста и развития в таком расширенном биполярном существовании. Она и ее электронный отпрыск развивали маленькие различия, тонкие варианты, – и это было здорово! Это ничего не меняло в их способности думать вместе, но предполагало синтез. Насколько она понимала суть «правильного» слияния, человек и искусственный интеллект должны были делать один общий вывод, принимать единое решение, исходя из предоставленных данных. Часто у них с Мегерой так и получалось. Но не всегда. И она обнаружила преимущества в наличии двух разных правильных ответов, так как сравнение их чаще всего приводило к улучшению решения.
Она вернула «винтовку» в положение покоя и выключила сервомеханизмы, затем повернулась, чтобы вытащить тестовую сбрую, но Мегера опередила ее. Молчаливый ремонтный робот висел рядом, протягивая ей разъемы. Она с улыбкой приняла их и начала втыкать в приемные гнезда.
– Приступаем к диагностике.
Алисия подключила последние соединения и отступила на шаг, проверяя результаты тестирования «глазами» Мегеры. Это был еще один приятный сюрприз, так как этим звеном связи она, по идее, не должна была обладать. У нее не было соответствующего рецептора альфа-синтеза, то есть в ее арсенале не было того крошечного звена связи, обеспечивающего ее постоянный контакт с искусственным интеллектом.