— Скорее всего нет, если оператор не параноик. Но и в этом случае, вряд ли. Скорее, пошлют наряд посмотреть. — Марат с интересом смотрит на меня. — А есть идеи?
— Секунду. А если щит «моргнет» сверху, например. Вот прямо на верхней точке купола?
— Тогда даже смотреть никто не будет, — равнодушно пожимает плечами Марат. — Зачем? У людей крыльев нет, а мага-воздушника издалека заметят.
— А нас заметить сейчас не могут, случаем? — приходит в голову уже новая мысль про наше местоположение.
— Напоминаю, Кирилл Олегович, — раздается металлический голос, — по распоряжению Вашего уважаемого отца, мы находимся в облаке. Не заметят.
— Вот, — кивает Марат.
— Отлично. — радуюсь. — Тогда у меня есть возможность обеспечить атаку изнутри, причем, как бы не с любой точки.
— Позвольте нам, княже. — внезапно подает голос Гостомысл, и его тут же переводит Третьяк. — Наши люди как раз хорошо действуют в ограниченных пространствах, и, кроме того, мы умеем действовать против магов.
Совет на секунду замолкает. И всем, внезапно, становится очень интересно, что я скажу. Обвожу глазами всех присутствующих.
— Эта информация не для распространения. Я очень обижусь, если она всплывет раньше, чем я её использую. — спокойно, но очень серьезно говорю.
— Сын, объяснишь? — отец с некоторым удивлением переводит взгляд с сейдмана на меня.
Гостомысл пожимает плечами.
— Извини, княже, мы не знали, что ты хранишь нашу клятву в тайне. — с легкой толикой удивления, и где-то даже чуть обиды, переводит Третьяк.
— Нет. Мой штаб и доверенные люди не знают не поэтому, Гостомысл. — вздыхаю, — а потому, что узнать об этом остальным людям, нужно только в строго определенный момент. А еще, — достаю цепь и одеваю ее себе на плечи, — регалии мне вручил Вит только сегодня.
Тишина становится еще глубже. Хотя, казалось бы, куда больше?
Гостомысл с благоговением смотрит на цепь.
— У нас давно её никто не видел. — произносит Третьяк. — но мы её помним.
— Это артефакт? — прерывает молчание отец.
— Да вроде нет, — говорю. — Сплав, никакого зачарования я не чувствую, но, думаю, тут важен символ. Каждое звено в цепи…
— Деяние князей, которые мы помним. — переводит слова Гостомысла Третьяк. — Я счастлив увидеть её. — продолжает Гостомысл, — ведь это значит, что наше время тоже войдет в легенды, княже.
— Я уверен в этом, — киваю сейдману. — все шансы у нас есть.
— Кирилл, как ты этого добился даже спрашивать не буду, захочешь, расскажешь. — задумчиво говорит отец, — но ты же понимаешь, как этот статус меняет нашу ситуацию?
— Для меня не меняет, — пожимаю плечами. — Практически все здесь присутствующие, кроме тебя пап, извини, принесли мне, а не Роду, личную присягу. То есть мой статус это дополнительные возможности, разве что. А вот с Михаилом, с учетом того, что я ему не присягал, действительно очень забавно выходит. Но кардинально нового ничего, разве что, я выхожу из под его власти уже сейчас, а это императором точно не планировалось. Но, если честно, если он будет соблюдать словесные договоренности, то и для него разницы большой не будет.
— Значит, не очень понимаешь. — констатирует отец, — ну это не срочно. Главное поговорить до приема.
— Хм, раз это это действительно необходимо. — пожимаю плечами. Обращаюсь к совету, — Господа, да, я действительно с недавних пор князь независимого государства, пусть пока и очень небольшого. Наших договоренностей это не отменяет, разве что, у меня теперь чуть больше возможностей, так же как и у вас, — обращаюсь к представителям отряда наемников, — В вашем же случае, боевая численность, после военных действий, перестает ограничиваться сотней личной дружины. Так что больше возможностей для проявивших себя и желающих на постоянную службу.
И, наверное, это все, что я хотел бы сказать по этому поводу. Давайте вернемся к нашей цели, хорошо?
Совет будто отмирает. Но я их понимаю, новости действительно неожиданные, и какие перемены они им несут, нужно еще взвешивать, и, желательно, в спокойной обстановке.
— Мы хотели бы штурмовать первыми, — повторяет просьбу Гостомысл.
— Там будет не меньше тридцати магов, — обращаю внимание сейдмана на очевидное, — сам щит говорит, что меньше в поместье быть не может, скорее больше.
— Мы понимаем, княже, — кивает сейдман. — мы хорошо умеем противостоять магам. Особенно в плотной застройке, там, где площадными техниками особенно работать не получается. Там у нас есть преимущество.
Смотрю на Марата.
— А что я? Я согласен, — пожимает тот плечами, — руяне в этом смысле действительно одни из лучших. В поле, я бы предпочел наших магов, и вас с Олегом Дмитриевичем. Но, раз у нас одной из целей стоит сохранить как можно больше от наследия Рода-противника, то руяне очень хороший вариант предлагают.
Киваю.
— Так, с этим решили. — отец обводит взглядом совет. — возражающих нет. Вот и славно, частности обсудим чуть позже, когда будем знать что и как в поместье.
— У нас нет шпионов у противника, — напоминает представитель отрядов. — боюсь, изнутри придется действовать по обстоятельствам.
