«Вслушиваюсь» в окружающий лес. Действительно, какой-то неживой. Но все равно, чувствую, что Тропу даже этот лес если что, мне откроет.
«Согласен, Роща значительно лучше. — отвечаю Анки. — Но здесь Тропу тоже открыть можно, так что не совсем мертвый он.»
«Так я мертвым его и не называла, — пожимает плечами. — Не свободным.»
«Я думаю, это больше парк. То есть высаженный лес по заранее назначенному плану. Как красивее, а не правильней. Вот он и не может сам с собой подружиться.»
Анки пожимает плечами опять.
Мобиль уходит в плавный поворот, и справа по направлению движения, открывается вид на большой, даже, наверное, огромный дом. Классический замок все-таки он не напоминает, ни башенок, ни какой-то стены вокруг. Простой бежевый красивый дом с двумя крыльями, покатой крышей, и огромными окнами в два этажа. Самих этажей в доме всего три, но они очень высокие. За дальним крылом виден парк. Несмотря на зимнее время, даже местами зеленый, видимо вечнозеленые растения там основа.
Все вместе создает очень комфортное ощущение. Такого уюта по-царски. Видимо строил очень талантливый архитектор.
Мобиль медленно проходит разворот перед лестницей, и мы покидаем наш экипаж.
Поднимаемся по устланной ковром лестнице и попадаем в огромный холл, где деловитые слуги мгновенно принимают у девушек верхние накидки.
Еще полтора десятка неспешных шагов в сопровождении очень величественного слуги и перед нами открываются двери в огромный зал.
— Княжич и княжна Елецкие! — громко объявляет стоящий рядом с дверью герольд. — Виконт Высоков с супругой, Виконтесса Высокова, Барон Эльсен.
*в доп. материалах что-то похожее, как идея. Красный цвет — любимый цвет одной из основных божеств Ханты, Манси, Тыва, и многих других народов нашего Востока и Севера. Имен у нее много, но основной перевод — Мать Всех Огней, Создательница Жизни. Все боги пошли от нее.
**на балах, у барышень имеются специальные книжечки, чтобы не забыть кому какой танец обещан. Это обычное дело. В них заносятся приглашающие кавалеры в перерывах между танцами. Кавалерам сложнее, книжечек нет, тренируйте память. В российской истории им для той же цели иногда служили манжеты.
На балах в среднем два отделения, первый танец спокойный, открывает хозяин бала, или император со спутницей, или хозяйкой бала, если посещает чужой бал. Участвуют вообще все, разве что кроме тех, кто не может ходить. Это как в тренингах — первые полчаса, игры на слаживание. Так и тут, первый танец — знакомство всех, со всеми. Напоминает «ручеек». Спокойный темп. Это потом танцуют так, что ноги не держат. Но первые танцы — спокойные. И вальс, кстати, второй или третий. Не позже и не раньше, чаще третий. Всего до двадцати танцев в двух отделениях. Между отделениями стол с легкими закусками и легким же алкоголем. Около четырех часов в среднем. Но бывали балы и по восемь часов. Пожилые и те, кто не хочет танцевать, после первых обычно трех-пяти обязательных танцев расходились по группам интересов, или к столикам карточной игры.
В зал мы входим парами. Первыми идут конечно же Елецкие, по титулу, и это прекрасно, у меня образуется несколько секунд на то, чтобы быстро пробежаться глазами по присутствующим.
Огромный светлый зал нас встречает множеством внимательных взглядов. Причем прямых я не замечаю, разве что кроме очень радостного княгини Елецкой. Отмечаю, как она отправляет нам навстречу своего среднего сына.
А вот от остальных, не столь знакомых мне людей чувствуется именно что интерес, а вот взглядами они предпочитают с нами не пересекаться.
«Кир, — тут же приходит мне мысль Лиса, — я немного теряюсь. Тебе что сейчас будет важнее, из ощущений вокруг?»
" Какие варианты?" — тут же уточняю.
«А весь спектр, от ненависти, на одном краю, до очень дружелюбного отношения на другом. Оценивающий интерес, откровенное желание, просто интерес, презрение. С чего начать?»
«Шикарно, ненависть пока опускаем, в ближайшие минуты реализовать ее все равно не получится, — взвешиваю. Неторопливо отправляемся навстречу Павлу, — так что давай начнем с откровенного желания, ну и если будем пересекаться с ненавистью, то предупреди, хорошо?»
"Конечно, мог бы и не говорить, — мысленно кивает Лис, — С желанием просто, если посмотришь правее, то увидишь группку молодых людей вокруг женщины в лиловом.'
Бросаю туда взгляд. Женщина лет тридцати, очень уверенная. Одета скромно, но, кажется, дорого. Вокруг нее четверо молодых парней, лет восемнадцати. Стараются угодить и поймать ее взгляд. Неожиданно встречаюсь с ней глазами, и тут же пробегаю взглядом дальше, что бы не получилось такого, безмолвного диалога.
«Да, тут я понял твою мысль,»- мысленно хмыкаю. Анки, похоже, тоже замечает взгляд, и чуть сильнее сжимает мою руку.
— Вообще без разницы, — тихо чуть наклоняюсь к милой.
Анки слегка кивает.
«Кстати одна из точек ненависти там же. Юноша, в синем, стоит спиной.»
«Понял, что следующее?»
«Так, интерес, интерес, эти две группки пропускаем, оценка, — Лис мысленно указывает на матрону с дочерьми, — еще одна оценка.»
