— Ты должен понимать — боль будет адская, непереносимая, смерть будет казаться единственным желанным избавлением. А восстановление будет настолько медленным, что ты будешь чувствовать все так, словно та боль вернулась удвоенной. Сознание первым восстановится и тебе придется пережить долгие часы, в течение которых твое сердце начнет биться быстрее и ты, наконец, сможешь вдохнуть и двигаться. Даже не знаю, что страшнее, действие яда или противоядия, — Снейп подробно рассказывал Гарри обо всем, предупреждая его возможные вопросы.
— Северус, ты так все описываешь, словно знаешь, как это? — вдруг осенила Поттера догадка. — Нет, только не говори, что ты это испытывал на себе! Это ведь только наблюдения? — испуг в глазах Гарри был неподдельным.
— Я выбрал этот яд для тебя по двум причинам. Во-первых, антидот к нему пьется до принятия яда, а значит, не будет неожиданностей с его действием. Согласись, угадать тот миг, когда нужно дать противоядие, в то время как ты будешь умирать у меня на глазах, окажется очень сложно. Я не хочу, чтобы ты несколько раз проходил это испытание только потому, что мне не хватило выдержки дождаться последнего мига. Но если я его дождусь, то у меня нет гарантий, что антидот успеет тебя спасти. Посему, этот яд в данном конкретном случае — наилучший вариант для воплощения нашего замысла. А во-вторых, ответ на твой вопрос - да, я знаю, как он действует. Я действительно проверял его на себе. Поэтому я знаю, на что обрекаю тебя. Поверь, ты не будешь мне за это благодарен, — Гарри показалось, будто в глазах Снейпа блеснули слезы. Но когда он присмотрелся, взгляд Северуса по-прежнему был чист и серьезен.
— Я все понял. Осталось запланировать, когда мы проведем эту операцию, — Поттер решил, что не станет сейчас убеждать Снейпа в том, что тот неправ. Не стоит недооценивать его слов.
— Сегодня восьмое. Два дня тебе достаточно, чтобы собраться с духом и настроиться? В субботу — одиннадцатого, думаю, будет лучше всего. У тебя тогда останется еще воскресенье для того, чтобы прийти в себя. Это будет не лишним, я тебя уверяю.
— В воскресенье тренировка. Я предупрежу команду, что не приду на нее, — Поттер согласился с предложением.
— Уизли, по-прежнему, капитан команды? — Северус и сам не знал, почему его вдруг это заинтересовало.
— Да. Но, как и раньше, без права выхода на поле. Он порывался в этом году доказать, что сможет справиться с ролью вратаря, но его никто не стал слушать. Даже Джинни попросила Рона заткнуться, пока команда не выбрала нового капитана, — ухмыльнулся Гарри.
— А ты заметил, как на тебя смотрит Джиневра? — глаза Снейпа смеялись. Переключившись на другой разговор, он отодвинул тревоги на задний план, чтобы они не мешали ему жить.
— Как? — Поттер насторожился.
— Она просто поедает тебя глазами. Ты не мог такое не заметить, — насмехался Северус, который считал, что для ревности нет причин, потому как Гарри уже принадлежит ему.
— Не может такого быть. Ты все выдумываешь. Это специально, чтобы я начал доказывать свою преданность тебе одному? — лукаво поинтересовался Поттер, поднимаясь с дивана.
— Я и так это знаю, Гарри. Ты уходишь? — время было не очень позднее, и Снейп удивился, потому что Гарри обычно засиживался у него до полуночи.
— Прости, дорогой, но у меня завтра контрольная работа по чарам на первом уроке. Хочу быть в хорошей форме, — Поттер наклонился над Снейпом и легонько поцеловал в скулу. — Большего не проси, не то я не смогу заставить себя уйти от тебя, и завтра из-за этого завалю контрольную.
— Ничего ты не завалишь, не притворяйся. Ты соскучился по бедламу гриффиндорской гостиной, так и сказал бы, — Северус поднялся, провожая будущего супруга до двери. — Но кто я такой, чтобы мешать тебе.
— Я люблю тебя, — Гарри на миг прижался к Снейпу, после чего быстро покинул его комнаты. Он понимал, что еще немного, и ему снова придется извиняться перед Гермионой, которая уже третий день дожидается, когда он найдет время для секретного разговора с ней.
Каково же было удивление Поттера, когда подруга заговорила о Джинни. И это после недавнего разговора со Снейпом. Гермиона предупредила его о том, что Джинни намерена попробовать с ним помириться, и рассчитывает сделать это на Хэллоуин, напросившись Гарри в компанию для прогулки. Ни для кого на Гриффиндоре не было секретом, что Поттер не посещал хэллоуинские вечеринки, а бродил в это время по Хогвартсу в одиночестве. Вот этим и планировала воспользоваться Джинни Уизли для восстановления былых дружеских отношений. Гарри поблагодарил подругу за своевременное предупреждение и пообещал быть предельно осторожным и осмотрительным с Джинни.
— Тебе еще только разборок с Северусом не хватало для полного счастья. Он же со свету сживет Джин, если узнает, что она решила снова тебя завоевать, — фыркнула на прощание Гермиона, старательно пряча лукавую улыбку.
