Магический мир, ласково перемывший косточки нашим героям еще в то время, когда все узнали об их помолвке, на этот раз воспринял все спокойнее. В газетах появилась статья о заключении партнерского союза двумя героями магической Британии. В Министерстве, куда магическая защита Блэк-хауса перенаправляла всех незнакомых сов, собралось несколько мешков поздравительных писем для Снейпа и Поттера. Как утверждали работники, ответственные за проверку министерской корреспонденции, среди них не было ни одного с довеском в виде проклятья или еще какого-либо неприятного сюрприза. Если кто-то и осуждал этот брак, то предпочитал делать это молча, что очень радовало Северуса и Гарри.
— — — — — — — — — — — — — — —
* Лаки (англ. Lucky) — удачливый, счастливый, везучий.
========== Эпилог ==========
Семь лет спустя
Гарри Поттер сидел в своем родовом особняке Поттер-холле возле камина и смотрел на причудливый танец огня. Несмотря на то, что на дворе стоял апрель, вечерами все еще было прохладно, и Мора обязательно зажигала камины в комнатах, где проводили свое время хозяева.
Воспоминания скользили одно за другим, словно жемчужины, нанизываемые мастерицей, создающей прекрасное ожерелье.
Месяц спустя после заключения партнерского союза их с Северусом пригласили на обряд создания нового магического Рода Уизгрей. Гермиона им подробно рассказывала о том, как они с Перси придумывали имя для их рода, как гоблины старательно подбирали камень, который лучше всего подойдет для магии первого главы их рода. Гарри тогда неприятно поразил их скандал с Молли Уизли. Он считал, что все родители желают своим детям добра и готовы на любые жертвы для этого. Оказалось — ошибался. Артур Уизли поддержал Перси и был искренне рад, что его сын нашел свою любовь. Казалось, Артур так и не понял до конца, почему Персивалю пришлось идти на такие кардинальные меры. Но некоторая ограниченность кругозора этого мага была Поттеру известна, и он не удивился, что мистер Уизли даже не вникал в подробности, а просто благословил сына и согласился на обряд отделения Перси от их рода. А вот Молли, когда Персиваль заявил о своем желании отмежеваться от рода отца и матери, устроила истерику, и Артуру пришлось успокаивать ее оплеухами.
В день проведения ритуала все были немного взбудоражены. Обряд проводили в Гринготтсе, где гоблины приготовили для этого специальный зал. Свидетельствующие от своих магических родов уселись на четырех вершинах пентаграммы, на пятую поместили крупный опал в кованой гоблинами оправе, который впоследствии станет накопительным артефактом рода. Замкнув свою силу, они певучим речитативом повторяли ритуальные слова, которые служили фоном для обращения Персиваля к Магии. Гарри помнит румянец смущения на лице подруги, когда они с мужем должны были соединиться на алтаре, чтобы девственная кровь, смешавшись с семенем, пролилась на камень, которому суждено стать впоследствии главной реликвией рода. Даже ритуальные одежды, скрывающие их тела от свидетелей, и знание того, что никто не смотрит на них, не успокаивали ее. Но обрядовые зелья и сама магия ритуала заставили Гермиону забыть о смущении. Взгляды же всех свидетельствующих перед Магией в пользу нового рода были прикованы к камню, который вот-вот станет сильнейшим родовым артефактом. Такое событие уже много веков не выпадало на долю магов, и никто не желал пропустить волшебный миг, когда камень оживет. Магия приняла жертву. На глазах у всех камень, окропленный кровью создателей нового рода, после магического выброса, подтвердившего брак Гермионы и Персиваля, засветился приятным желтоватым светом, и в ритуальном зале был отчетливо слышен звук, подобный стуку сердца. Поттер помнил, как магия, благословившая союз Гермионы и Перси, вызвала у него такое сильное возбуждение, что он еле дождался, когда сможет уединиться с Северусом, который был не в меньшем затруднении. Как выяснилось позже, Драко и Астории пришлось еще труднее, ведь они не подтверждали свою помолвку прямым обращением к Магии, но и они нашли безопасный способ избавиться от возбуждения. Такой побочный эффект ритуала еще долгое время вызывал дружеские шутки в их узком кругу. Да и сейчас об этом иногда вспоминали с улыбкой.
Снейп и Поттер еще год прожили в Хогвартсе. Северус продолжал преподавать и приглядывать за факультетом Слизерин в качестве его декана, а Гарри потихоньку осваивался с работой в Отделе тайн. Увлечение артефакторикой в последние годы учебы в Хогвартсе стало для Поттера определяющим для выбора занятия после окончания школы. Частым гостем у них был Драко, приходивший заодно навестить и свою невесту — Астория оканчивала седьмой курс. Через месяц после ее выпускного вечера Малфой пригласил их с Северусом на свою свадьбу. Вот тогда Снейп смог согласиться, что их с Гарри свадьба была мероприятием исключительно скромным и немноголюдным. Малфой-мэнор напоминал улей, вместивший в себя, казалось, половину магического мира Британии. И это не считая многочисленных родичей Малфоев и Гринграссов, приехавших из разных уголков мира.
