Виктор не удержался, с довольной улыбкой хлопнул стриженного юнгу по плечу и подмигнул. А над полем, распугивая птиц, разнесся пронзительный перелив боцманского свистка.
Саня стоял, навалившись на леер, возле бушприта и смотрел, как внизу проплывают леса, поля, какие-то деревеньки. Кирилл стоял рядом. Ветер шевелил волосы, хлопал полами рубашек…
Путешествие продолжалось уже три дня. Санька удивлялся тому, что каждый день внизу совершенно новая местность, а небо меняет цвет. Но Кирилл объяснил ему все. Оказалось, что шхуна несла в себе аппарат межпространственного скольжения. Они просто пролетели уже по четырем мирам…
Санька держал в руке кусочек полевого янтаря и слушал, что говорит Кирилл:
— Можно загадать желание и бросить его в небо или разбить обо что-то твердое… У тебя есть мечта?
— Ага, — Саня вздохнул. — Я хочу увидеть маму…
Он глянул на Кирилла. Тот ведь много рассказывал про отца, но ни разу не говорил про свою маму. Кирилл понял немой вопрос и сказал:
— Моя мама умерла. Она долго болела. Какая-то болезнь крови…
— Извини, — Санька поежился. — Слушай, а он выполнит любое желание?
— Да, — выдохнул Кирилл и невпопад добавил: — Жаль, что кораблик забыли…
— Йог обещал же новые сделать. И тебе, и мне…
Какая-то пестрая птица шарахнулась в сторону, едва не зацепив крылом предохранительную сеть, натянутую под гладким стволом бушприта. Саня рассмеялся, хлопнул Кирилла по спине, и они помчались по палубе, резво прыгая через бухты канатов и выступающие комингсы под незлобную ругань матросов.
Внезапно Саня остановился и сказал запыхавшемуся другу:
— Кирилл, а бери янтарь себе… Мы с папой и так найдем маму.
Он увесисто влепил в руку Кирилла плотный сгусток прохладной зелени, улыбнулся, и они уперлись друг в друга, как насупленные телята. Кирилл не улыбался. Он сжал другой рукой ладонь Сани, и они подошли к борту. Зеленый камешек заискрился в лучах солнца, уверенно расположившись на розовой ладони. Кирилл прошептал свое желание и с отчаянной силой подбросил камень вверх, пристально вглядываясь в зеленую каплю, пока та не растворилась в синеве, и шепотом спросил:
— Он не упал?
— Нет, — уверенно сказал Саня, и они неторопливо пошли на бак, где Виктор Степанович разговаривал о чем-то с нахмуренным боцманом.
Виктор повысил голос:
— …подновить надпись на борту.
— Перегибаете, капитан, — прогудел Том. — Но дело ваше.
Вдруг пространство под кораблем подернулось синей рябью. Увидев столь странный фокус, капитан и боцман смолкли, вытаращив глаза. «Магеллан» вдруг очутился в бескрайнем море, дернулся так, что затрещали мачты, и уверенно двинулся дальше, распоров узким носом первую волну с такой силой, что брызги достали до вант…
И тут с марсовой площадки донесся голос впередсмотрящего:
— Паруса на горизонте!
Спустя несколько минут стало ясно, что навстречу резво идет шхуна. Еще через какое-то время капитан сумел прочитать в подзорную трубу название, написанное черными мазками на белоснежном корпусе: «Первооткрыватель»… И, наконец, суда медленно сблизились. На мостике второй шхуны стоял высокий широкоплечий блондин лет сорока, облаченный в черный китель строгого покроя. Он был гладко выбрит, сверкал серыми глазами и весело склабился. Виктор поприветствовал его салютом и представился. Капитан «Первооткрывателя» взметнул руку к околышу фуражки в ответном салюте, и Виктор ахнул. Обе руки незнакомца сверкали металлом. Заметив изумление, мужчина пояснил громким голосом:
— Это протезы, Виктор Степанович… Капитан Гавриил Ветров к вашим услугам. Рад приветствовать в водах Благограда. Полуденный Совет ждет встречи с вами…
В паузу отчаянно вклинился голос Кирилла:
— Папа!
Ветров рванулся вперед, зашарил глазами по палубе «Магеллана», побледнел и крикнул:
— Кирилл, сынок!
Саня хмуро смотрел на Кирилла, прилипшего к отцу. Виктор Степанович подошел к нему, обнял за плечи, придвинул к себе и сказал:
— Пойми, Гавриил Павлович его теперь не отпустит. Да и Кирилл не захочет с ним снова расставаться… Они очень долго искали друг друга.
Саня понимающе вздохнул, а Виктор вернулся на мостик, где стояли Ветров и Кирилл. Гавриил подтолкнул сына:
— Иди, попрощайся с другом… И скажи, что ненадолго расстаетесь. Через месяц в порту увидитесь…
— Сашка тоже загрустил, — сказал Виктор, провожая взглядом хмурого мальчишку. Гавриил вздохнул и произнес:
— Я все понимаю, Виктор. Но я же просто изведусь, зная, что он где-то рядом… А может, мне взять с собой Саню?
— Я ему предлагал. Но он хочет все сразу…
— Ничего не поделаешь. Кирилл тоже разрывается… Ладно, отложим. У меня есть предписание направить вас в бухту Адмиралтейства, где расположена резиденция Полуденного Совета…
