В сборник вошли избранные стихотворения автора, написанные за последние двадцать пять лет. Произведения размещены в книге в соответствии с алфавитным порядком их названий. Таким образом, хронология создания стихов нарушена, более ранние стихотворения опережают написанные позже, однако читателю не следует делать вывод об инфантилизме автора. (Некоторые стихи содержат ненормативную лексику).Содержит нецензурную брань.
А знаешь, я ничуть
А знаешь, я ничуть не постарел.
С тех пор как мне вогнали в сердце пулю.
Обидно, что попал я под расстрел –
в роскошном до безумия июле.
Ну ладно бы – декабрь, ну, пусть – октябрь.
Когда ветра в лицо – острее жести!..
Но все живые жить вдвойне хотят, –
любуясь на природы совершенство…
Успел убить двоих. Свинцовый град.
Удар. И вдруг померкли лета краски.
Мне жалко – молодых – святых – ребят, –
которые не знали женской ласки.
И счастлив от того, что ты была
в моей судьбе – до одури короткой!..
И, помня обо мне, – любить смогла.
И стала вдохновеньем для кого-то…
А знаешь… Уж давно презренья нет –
к убийцам. И рожали их – не стервы!..
В двадцатом появился я на свет.
Из тела вышел в диком сорок первом.
Вот здесь – в себя впустила нас земля.
Взяла тела. И я – для всех потерян.
Брожу по тихим, ласковым полям.
И в смерть мою, – по-прежнему, – не верю.
А где-то там
Рожденье северной весны. Май, приукрашенный снегами.
На мелких лужах – нежный хруст кусочков лопнувшей слюды.
И настоящее скрипит – в две скучных ноты – под ногами,
и остаются позади в слепую молодость следы.
Дохнёт заботливым теплом уютный маленький автобус
и закачает на волнах ведущей в прошлое реки.
И вновь закроются глаза, минут на десять-двадцать, чтобы
ты видел ярче те года, в которых был совсем другим.
А где-то там – поток страстей. Ещё не знаешь: это спам, и
душе не ведомы грехи, она пока что – не тюрьма.
Но веришь: следует судьбу творить когтями и зубами,
и всё не можешь разглядеть, что мир вокруг сошёл с ума…
Картинки – будто наяву. Вот только в чувствах, что отрадно, –
не получается никак настроить яркость и контраст.
И заскорузлые мечты, и бестолковая бравада –
последних лет убиты градом и стёрты пламенем костра…
Вспорхнёт, как птица, чуткий сон. Но вновь дорога на работу,
пускай короткая совсем, – вполне законченная жизнь,
а в общем – пройдена ещё
одна ступенечка всего-то,
а над седою головой – уходят в вечность этажи.
А где-то там – поток страстей. Ещё не знаешь: это спам, и
душе не ведомы грехи, она пока что – не тюрьма.
Но веришь: следует судьбу творить когтями и зубами,
и всё не можешь разглядеть, что мир вокруг сошёл с ума.
А ну их!..
Привет!.. Дождался… Устали лапы.
Вот. Розы. Знаю – не в радость ноша, –
Куда ты с ними, с такой охапкой?..
Да брось их!.. В урну!.. Ну, я их брошу!..
Восторг секундный. Взрыв аромата.
Теперь – обуза. Всё, отслужили.
Почти на ощупь бредём куда-то.
Нам всё понятно. Мы всё решили…
Тьфу!.. Замечтался!.. Пора ложиться.
Иначе завтра – хана работе.
Когда ночами вот так не спится, –
Весь день насмарку. Весь день – в зевоте.
Что?.. Сердце жаждет?.. Наплюй на это!..
Ему дай волю – не то попросит!..
Анюты, Ксюхи, Марины, Светы –
А ну их в баню!.. Да ну их вовсе!..
Ложусь. Вздыхаю. Отбой мечтаньям!..
Смежаю веки. Но до рассвета –
Наташки, Ленки… Звонки, свиданья…
Целую руки. Дарю букеты…
А с меня стократный
Отмени руками взмахи,
непоседливый драчун!..
Все проблемы – в наших страхах,
я им верить не хочу!..
Не хочу стрелять и драться,
Жизнь дала не раз ремня!..
Пощажу вас щедро, братцы, –
пощадите вы меня!..
Маслом стелется дорога,
и шаги мои легки.
Стал я слишком близок к Богу, –
вы – от Бога далеки!..
Выхожу, седой и пьяный,
в неулыбчивый рассвет.
Нож увесистый в кармане,
а подмышкой – пистолет!..
Упадут на город звёзды,
сквер крапивою зарос…
Вам – грешить ещё не поздно,
а с меня – стократный спрос!..
Нет базара – я отвечу!..
А отвечу – нет вины!..
Но в такой чудесный вечер
нам разборки не нужны!..
Пролетел безумства ветер,
нет наездов – нет войны!..
Ах, какой волшебный вечер,
ах, как девушки нежны!..
А снег по грудь
А снег – по пояс снова. Местами снег – по грудь.
И от снегов становишься горбатым.
Но главное, ребята, с дороги не свернуть, –
прочерченной совковою лопатой.
И главное, ребята, позора не принять
и целоваться с Богом до упаду!..
Не ведая хмельного стопульного огня –
в стремлении за медною наградой.
Надень суровый китель, простреленный насквозь, –
в далёком прошлом смелой крысой роясь.
Ты не с самим собою, а с Чёртом будешь врозь, –
в снегах, судьбу засыпавших по пояс!..
И пусть поднадоели блестящие снега, –
как орды обнаглевших печенегов, –
люблю тебя, родная, – твой хохот, шум и гам, –
судьба, с лихвой засыпанная снегом!..
А тело где
Некстати встретил я ментов,
гнев их претензий – не по делу.
Признать свою вину готов.
Но – предъявите парню тело!..
Зачем убил, и чем убил?..
Картишки скорбные раскинем.
Я – не маньяк, я – не дебил.
И не в крови пока что имя.
Я – честный уличный пацан.
Могу со скуки врезать в ухо.
Порой не в меру груб и пьян.
Но не по мне – навек – мокруха!..
Хамите, крепкий срок суля, –
скажите: что во мне задело?..
Давайте всё начнём с нуля!..
И – предъявите парню тело!..
А тела нет. А где оно?..
Без тела песня – не допета!..
Давай, российский фараон, –
скорей снимай с меня браслеты!..
…Ах, как погодка хороша!..
Теплей весны и лета осень!..
Простила всё моя душа.
И новых… тел… ручонки просят!..
Дурная шутка. И струя
от них такая, что – противно.
