— В курсе. Но от этого необдуманного решения многие страдают. Сотрудничество с тобой выгодно для нашего бизнеса. Ты ушел — мы терпим убытки. Мы приняли твой выбор, мы уважаем решение комсина, но сейчас моя цена — твоя кровь и никак иначе. Пойми правильно, у меня есть сведения, которые тебе помогут, и, поверь, никто больше тебе это не расскажет. У тебя же есть то, что нужно мне. Все честно.
— Для чего вам нужна кровь? — Ком Хен напрягся, его взгляд стал упрямым и злым.
Мне стало страшно. Сейчас мужчина был совсем другим. Не таким, каким я привыкла его видеть. Четкая линия скул, тонкая полоска неулыбчивых губ и выдвинутый вперед подбородок. От Ком Хена исходила волна силы, которую я чувствовала буквально физически.
Павел Федорович не изменил позы, и его взгляд по-прежнему был спокойным и добродушным. То ли гость совсем не боялся, то ли просто хорошо умел играть роль.
— У нас всегда есть, на что потратить столь драгоценный дар. Поверь. Живые артефакты намного дороже, чем уснувшие. Твоя кровь может пробудить многие достойные вещи. И я уверяю, моя цель — деньги, а не мировое господство, поэтому нет, я не собираюсь оживлять нечто опасное. Всего лишь красивые безделушки для богатых клиентов. Помню, раньше ты этим брезговал, но времена изменились, так ведь?
— Все артефакты опасны в той или иной степени, — уклонился от ответа Ком Хен.
— Твоя правда. У нас вообще опасный бизнес, но это мой риск, а не твой. Так ты заплатишь или мне уходить?
Я вжалась в стул и испуганно покосилась по сторонам, а Ком Хен со вздохом закатал рукав.
— Это последний раз, — сказал он.
— Зависит от тебя, — ответил Павел Федорович. — Тебе нужна информация, которую я могу дать. Это ты настоял на встрече. Возможно, обратишься ко мне еще. Я всегда к твоим услугам, если ты готов платить.
Я не любила шприцы, особенно такие большие, иголки и кровь. Поэтому сейчас старалась не смотреть, но Ком Хен сидел рядом, и сделать это было сложно. Тонкая иголка проколола вену, и на смуглой коже мелькнула маленькая красная капелька. Кровь, темная, тягучая, начала медленно наполнять шприц.
— Итак, что тебе интересно?
— Я упоминал в телефонном разговоре. — У Ком Хена получилось принять вальяжную позу и вести светский разговор. Похоже, шприц мужчину не смущал.
У меня мелькнула мысль, что он привык к этой процедуре. Интересно, почему он завязал? Ведь и квартира, и дорогое авто, скорее всего, результат именно такого сотрудничества, а вовсе не легендарные богатства семьи.
Каждая минута, проведенная в его обществе, позволяла делать новые открытия. Интересно, сколько же всего я про него не знаю? Наверное, еще массу важных и не очень вещей. Казалось, этот мужчина полностью состоял из тайн, и это делало его еще более притягательным.
— Ты интересовался историей пинё, привезенных в начале века в Россию? — задал риторический вопрос Павел Федорович и, дождавшись ленивого кивка, продолжил: — Не знаю. Они ни разу не попадали в поле моего зрения, если бы попали, то сейчас не создали бы таких проблем. Но я могу сказать, что пропало из Хенсона в конце девятнадцатого века. Это единственные пинё, которые могли бы вызвать такой ажиотаж даже спустя сотню с лишним лет.
— Они настолько ценны, что интересуют кого-то даже спустя столетие? — Ком Хен приподнял темную бровь и криво улыбнулся.
— Даже через два их не перестали бы искать.
— Почему?
— Они бесценны. По-моему, это очевидно. Существует легенда. Можно я перескажу тебе без красивостей, если захочешь азиатского колорита и образности, скину тебе оригинал на электронку. Восхитишься — прекрасный образчик народного творчества. А сейчас, уж прости, своими словами. Короче. Давным-давно жила молодая девушка по имени, если не ошибаюсь, Чжин Хо, и полюбила она прекрасного юношу. Но Чжин Хо заприметил местный чингуи — тысячелетний тигр-оборотень.
Он убил ее возлюбленного и напал на саму девушку, намереваясь сделать ее своей наложницей. За красивой историей любви с неба наблюдал дух Лунарного Медведя комсин. Он не успел спасти юношу, но пришел на помощь его возлюбленной, которая не разобралась и приняла высшее существо за врага. Чжин Хо приготовилась к бою, достав единственное оружие, которое у нее с собой было, — костяные пинё. Она ударила Лунарного Медведя, и пинё окропились его кровью. Комсин разгневался, но не стал наказывать неразумную деву, а просто сказал, что теперь не будет ей помогать. Она и так без спроса использовала его кровь, наделив обычную вещь уникальными свойствами. Теперь в наказание за содеянное ей придется мстить за возлюбленного самостоятельно и убить тигра-оборотня, который сеял смерть на земле более тысячи лет. Девушке терять было нечего, и она, вооружившись пинё, убила тигра-оборотня и отомстила за возлюбленного.
— И что? — увлеклась я, заинтересовавшись легендой, которая, правда, в пересказе Павла Федоровича явно потеряла львиную долю своей образности и аутентичности. «Нужно будет попросить у Ком Хена оригинал», — решила я и продолжила слушать.
