Жрица нависала над сидящими челами с поистине царским достоинством, а её длинное зелёное платье в отличие от щегольского наряда Сантьяги и одежды рыцаря не хранило никаких следов неприятного путешествия через кусты и грязь – истинная королева. Но впечатления не произвела и ответ услышала в прежнем, весьма лёгком ключе.
– Теперь мы челы, – произнес Сказочник.
– Теперь?
– Всё в мире делится на «раньше», «теперь» и «потом», – с улыбкой объяснил светловолосый. И покосился на отчего-то помрачневшего комиссара. – Некоторым хочется верить, что «теперь» будет всегда, но Спящий видит разные сны.
Жрица поняла, что Сказочник исхитрился наподдать наву, но не поняла как, поэтому продолжила гнуть свою линию:
– Ты не ответил.
– Ответил, – вежливо произнес Сказочник. – Просто ты не услышала.
– Сколько продлится твое «теперь»? – вдруг спросил Бердт.
Как ни странно, хмурый чуд первым всерьез отнесся к болтовне чела. И в награду услышал честный ответ:
– Не знаю.
– Что планируете делать? – перебил Сантьяга собравшегося задать следующий вопрос рыцаря.
– Мой брат Кузнец станет ковать, – прищурился Сказочник. – Мой брат Мельник – молоть. – Короткий кивок в сторону молчащего черноволосого с неприятным взглядом. – Мой брат Лодочник – плавать.
– Здесь Тайный Город.
– Здесь – Земля. – В голосе Сказочника звякнул металл. Как будто брат Кузнец слегка добавил. – И не следует забывать, что ваш город – тайный.
– Поэтому вам тут не место.
На мгновение показалось, что Сантьяга скрепил печатью приговор – так уверенно прозвучала фраза. «Не место» – да! Потому что именно от господствующей на данный момент расы скрывает своих жителей Тайный Город. Скрывает и спасает. Прячет. И потому – не место.
Сантьяга не сказал: война, но слово услышали все.
Однако поднявшийся на ноги Сказочник остался спокоен и вежлив. И отступать он не собирался.
– Великим Домам придется научиться жить вместе с нами, господин комиссар.
Ответ прозвучал с мягкостью удавки.
– Почему? – зло спросил рыцарь.
– Потому что правила изменились! – резанул Сказочник, продолжая буравить взглядом чёрные глаза Сантьяги.
* * *«Уникальный зверициум Хеция Крю»
Москва, улица Старые Кузьминки,
15 июня, среда, 09:17
– Какого Спящего?! – не сдержался Вилар. – Он рехнулся?!
– Нет, это конец, – хладнокровно ответил Фуран Хамзи, старый, опытный, много чего повидавший диспетчер Службы утилизации. К воплям оперативников: «Он рехнулся?!», «Он спятил?!», «Так нельзя делать!» Фуран давно привык и отвечал достаточно однообразно: «Это хван», «Это масан», «Это люд» – и тем всегда попадал в точку, предельно точно описывая глубинные причины очередной идиотской выходки.
– Почему Хеций не доложил о пропаже грифона сразу? Ведь на монстре должен стоять датчик пересечения запретной зоны!
– Значит, датчик не сработал.
– Он не мог не сработать!
