В те дни жаркого июльского лета Пестовский отряд, вызванный в Ленинград, разместился в одной из школ. Однажды ночью его подняли по тревоге.
— Около Мги гитлеровцы выбросили парашютный десант, — объявил Павлов. — Нам приказано принять участие в его ликвидации. Готовность номер один. Машины будут через пятнадцать минут.
На автобусах партизаны прибыли в район Мги, но прибыли, как говорится, к шапочному разбору! Оказывается, вражеских парашютистов уже успели уничтожить бойцы местного истребительного батальона.
За несколько дней до захвата гитлеровскими войсками Мги, когда город и соседние с ним населенные пункты уже подвергались артиллерийскому обстрелу противника, сводный партизанский батальон, в состав которого входил Пестовский отряд Павлова — Козлова, получил приказание перейти линию фронта. Партизаны на бронепоезде направились к станции Будогощь. Путь был нелегок: железнодорожный участок методически обстреливался вражеской артиллерией, приходилось нередко самим ремонтировать поврежденный путь.
Около станции Погостье остановились, и тут же последовала команда:
— Партизанским отрядам покинуть вагоны!
Пестовцы высадились в лесу против Виняголова. Послали разведку под командованием Александра Никитина. Она установила, что линию фронта можно перейти курсом на станцию Бабино Ленинград-Московской линии Октябрьской железной дороги. Отряды углубились в тыл противника и рассредоточились. Пестовские партизаны направились в район треугольника Тосно — Чудово — Новинка. Здесь уже действовали Подпорожский и другие отряды, а также диверсионная группа, сформированная из ленинградских студентов.
Начались партизанские будни.
Пестовцы вели бои, устраивали засады, диверсии, совершали переходы, добывали ценные разведывательные сведения.
Правой рукой начальника разведки Александра Макаровича Никитина стал Павел Васильевич Долинин, недавний директор Пестовской конторы по сплаву леса. Тридцатилетний волжанин — крепыш, с открытым энергичным лицом, был не только отважным следопытом, но и мастером первой руки. За что ни возьмется — починить ли сапоги или телогрейку, пошить ли шапку или сплести льняной шнур, — все сделает на славу. В разведке вел себя осмотрительно, не терпел ненужного риска. Его данные всегда были точными, исчерпывающими. Юных разведчиков Яковенко, Космачева, Юханова, Лысенко учил по-отцовски заботливо, по-командирски обстоятельно.
Не успевали фашисты начать преследование, как партизаны исчезали из одного района и появлялись в другом. Не было у них рации — на Большую землю посылали донесения через связных. Запасы оружия и продовольствия пополняли за счет трофеев.
В боях, трудных переходах пролетело несколько месяцев. За это время отряд Павлова — Козлова прошел по тылам врага, как сообщило Совинформбюро, пятьсот километров. Накопленный пестовцами опыт был принят во внимание командованием: после небольшой передышки в Пестове партизанам выдали зимнее обмундирование, лыжи и направили в Валдай.
Так Пестовский партизанский отряд оказался на берегах Валдайского озера.
Телефонный звонок из Ленинграда разбудил Гордина поздней ночью. Василий Порфирьевич, допоздна занятый делами, спал в своем кабинете на двух составленных рядом креслах, не раздеваясь, только чуть расстегнув воротник гимнастерки. Быстро поднявшись, Гордин взял трубку. Звонили из Ленинградского штаба партизанского движения, который возглавлял секретарь областного комитета партии Михаил Никитич Никитин.
Переданному сообщению Гордин был рад: обком ВКП(б) и партизанский штаб облегчили его задачу — разрешили придать Пятой бригаде еще несколько районных партизанских отрядов, созданных местными райкомами партии в самом начале войны. Это бесспорно ускоряло ее формирование.
Не успели партизаны-пестовцы обжиться в одном из кирпичных домов неподалеку от райвоенкомата, заделать фанерой оставшиеся без стекол окна, как рядом, в пустовавшем доме, появились незнакомые люди, с винтовками-трехлинейками, в черных форменных шинелях. Пестовцы, одетые в добротные белые полушубки, вооруженные автоматами, с любопытством поглядывали на соседей-новичков.
Один из них, видно тоже из любопытных, поприветствовал первый:
— Здорово, красавчики! — Он явно намекал на внешний вид. — С каких краев и каким ветром занесло?
— Из Пестова. Слыхали про такой стольный град? — раздался звонкий девичий голосок.
— Слыхал. Почти земляки. На одном солнце портянки сушим. А мы из Бологого. Железнодорожники, стало быть… Александр Николаевич Валов, — сказал говоривший. — А это друг мой — Спиридон Иванович Павловский.
Собеседницами Валова и Павловского были Катя Докучаева и Зина Миронова, одинаково одетые и подпоясанные широкими ремнями, на пряжках которых Валов разглядел непонятные слова. После того как девчата представились, Александр Николаевич спросил:
— А что это за бляхи у вас? Не то по-турецки, не то по-немецки выведено?
