Зои проводила меня до самого выхода. Пока я садилась в машину, успела заметить, как Дмитрий с ней переглянулся. Он посмотрел на девушку по-особенному. Так, как человек, который обещал, что будет готов на все ради него. В этот момент глаза водителя светились нежностью и заботой. Между ними точно пробежалась искра. Смотрелись вместе они мило, словно два ангела, упавших с небес на гнилую, пропитанную ложью и кровью землю.
Когда автомобиль выехал со двора, я подвинулась на середину и потянулась рукой, чтобы сделать чуть тише музыку.
– Мне кажется или между тобой и Зои…
– Кажется, – перебил Дмитрий, включая поворотник.
– Тогда почему ты так на нее посмотрел? – не успокаивалась я.
– Как? – Сделав вид, будто не понял, водитель повернул направо.
– Нежно, заботливо, ласково, – перечисляла я.
– Еще скажи «интимно», – ответил сурово мужчина, заезжая на мост.
– Этого я не говорила. Заметь, сам сказал. – Довольно улыбнулась.
Дмитрий покачал головой, а я сделала непонимающий взгляд.
– Ты всегда такая зрячая?
– Не знаю, наверное, – пожала плечами я.
– Тогда будь готова к тому, что однажды увидишь то, чего не следовало бы.
– Это совет или вызов?
– Думай как хочешь.
– Хорошо, спасибо.
Мы замолчали. В салоне, как всегда, играла тихая песня на иностранном языке. Я смотрела в окно и пыталась вспомнить, что вчера произошло и где конкретно начался сон, но внезапное уведомление в телефоне заставило отвлечься от воспоминаний. Я увидела новое сообщение от незнакомца:
Перечитав несколько раз непонятную угрозу, я заблокировала номер и кинула телефон на сиденье. За окном проносились небоскребы, люди, полуголые деревья, а меня клонило в сон. Глаза слипались, силы покидали тело, и вскоре я погрузилась во тьму. Опять голоса, заставляющие зажать уши. Они истошно вопили, шептали странные фразы на латыни и кого-то звали, а я брела непонятно куда и зачем по лабиринту, каменные стены которого покрывались трещинами, и из них пробивались алые розы. Внизу стелился и как будто сопровождал меня туман, проносился эхом хруст костей под ногами, тело окутывал холод. Чем дальше шла, тем холоднее становилось. Сердце начинало замедляться, но, когда голоса стихли и в лабиринте воцарилась тишина, появилась девочка, обнимавшая игрушечного мишку. Ее ангельский взгляд и бледное личико кого-то напоминали. Всмотревшись в голубые глазки малышки, я вспомнила, где видела ее. Осторожно подойдя к ней, я присела на корточки и дотронулась до черных кучерявых волос. Они оказались настоящими, а не призрачными.
– Кто ты? – почти шепотом спросила я.
– Мама звала меня Камиллой, – прозвучал нежный детский голос.
Ответив на мой вопрос, девочка принялась кружиться с игрушкой в вальсе, постепенно растворяясь в тумане. На ее месте появился череп с белой кровавой розой и часы, стрелка которых остановилась на цифре двенадцать. По лабиринту пронесся ветер, срывая лепестки алых роз и отправляя их метаться вокруг меня. Сердце остановилось, но я продолжала стоять и слышать, как снова вопили голоса, по стенам плясали черные тени, и Безликий в алой мантии повторял монотонно одно и то же:
