В голове опять всплывали отрывки старого фильма. Снова бесконечные каменные и холодные стены, женский смех, музыка оркестра, вальс, маскарадные маски, старый величественный особняк, пожар, белый диск луны, спрятанный за хмурыми тучами и… снег, на который сыпались алые лепестки и букет белоснежных роз, испачканный в крови девственниц. Все четко, красочно, поочередно сменялось одно за другим, что я начинала путаться, что галлюцинации, а что реальность. Это будто частички давно забытого воспоминания, которые решили напомнить о своем существовании. Вдруг резко кто-то плеснул на меня прохладной водой, из-за чего все образы исчезли, не оставив и следа. Я тут же глубоко вдохнула и выдохнула. Дышать стало намного легче и свободнее.
– Легче? – заботливо поинтересовалась Дина, поставив пустой стакан на стол.
– Кажется, да, – кивнула я.
– Я же говорила, с ней ничего страшного не случится, – кривлялась, цокая, Марьяна.
– А если бы случилось? – предположил кто-то из ребят.
– Все равно не померла бы.
– Так вон оно что! – догадывалась я. – Хотела свести меня в могилу.
– Поверь, даже если бы и хотела, вряд ли бы этого сделала.
– Интересно, почему?
– Я здесь не ради того, чтобы убивать кого-то, а ради мести, – выделила акцент на последнем слове девушка и вышла из столовой.
Никогда не понимала ее философию. Весь час думала, вспоминая слова, и не пришла к логическому заключению. Возможно, та речь была сказана впустую. После произошедшего в столовой я долго помнила об этом и, к счастью, галлюцинации больше меня не беспокоили, а Голос не появлялся. В итоге, во вторую половину дня моя жизнь протекала как обычно.
Друзья долго возмущались, ругали за тот поступок в столовой. Я лишь молча сидела на лавочке, любуясь морем, которое находилось за сеткой забора, пока парни с девочками пытались что-то объяснять и возражать по поводу поведения. Их голоса доносились где-то на заднем фоне. Мои мысли сейчас занимал пейзаж моря, деревьев, роз и серых хмурых туч, закрывающих собой солнце, чьи лучи усердно пробирались сквозь. Оно словно боролось за свое право светить и дарить городу тепло, почти, как и я, которая хотела внимания и поддержки от матери, но только взамен не излучала свет с теплом, а несла проблемы и хлопоты. Интересно, во всех семьях такое происходило? Ссоры, разногласия и недопонимания друг друга? Неужели детям и подросткам приходилось терпеть эти муки? Почему взрослых интересуют лишь цифры и работа с карьерой, в то время как дети страдают от давления, нагрузки в школе, терпят насмешки и унижения сверстников, впадают в депрессию из-за экзаменов? Жизнь так несправедлива к нам. Как же сделать ее такой яркой и наполненной хорошими воспоминаниями в будущем?
– Ау, ты нас слушаешь вообще? – помахала перед моим лицом рукой Дина.
– Да, конечно! – с энтузиазмом кивнула, посмотрев на друзей.
– И о чем шла речь только что? – решил проверить Адриан, прищурившись. Его серые, как грозовая туча, глаза заглядывали словно в душу, из-за чего становилось не по себе.
– Эм, не помню. Вы же знаете, у меня проблемы с памятью.
– Это не оправдание, – закатил глаза Крис.
– Я спросил у тебя, что ты почувствовала, когда выпила ту красную смесь? – повторил Том, и положил руку на спинку лавочки.
– Ничего.
– Совсем?!
– Я не помню, но вкус был довольно неплох. Не знаю, что это, но явно что-то вроде алкоголя, потому что от него пьянеть быстро начинаешь, а потом видишь глюки.
– А вот тут уже интересно, – протянул задумчиво Том. Зеленые глаза парня на миг приобрели оттенок темнее. Или мне показалось?
– Что ты видела? Опять те лабиринты? – расспрашивала Софи, крутя пальцем свои кудри.
– Букет белых роз в крови, снег, особняк и девушку, а точнее слышала смех. Первый раз я ее увидела на уроке химии.
– Слушай, а кроме девушки еще кто-нибудь был? – внимательно рассматривала мое лицо Мия, как будто пыталась найти в нем что-то.
– Парня видела, а что?
– Как он выглядел, не помнишь?
– К чему сейчас эти подробности? – с удивлением обвела всех взглядом. – О своем сумасшествии мне и так все известно. Если вам хочется знать каково это, вот ответ – странно и ужасно! Странно, потому что начинаешь путать: где галлюцинации, а где реальность; ужасно – в голове Голос диктует всякий бред, в который я уже готова поверить. И не смотрите на меня так, как будто вам это известно! Как будто вы тоже подобное пережили! – возмутилась я, повысив тон. – Не хотите дружить с таким человеком – понимаю. Не понимаю только, почему вы дружите с ним до сих пор?
Своим высказыванием навела на всех ужас. Ребята переглянулись, не зная, как реагировать и что ответить, но одно мне было известно точно: они испугались и никак не ожидали такого откровения от меня. Крис, Адриан и Том совсем растерялись, потеряв дар речи, а девочки хотели поддержать, обнять, но не решались. И правильно делали, мне не хотелось, чтобы сейчас еще жалели, сочувствовали, потому что от этого становилось только хуже. Встав с лавочки, я в последний раз взглянула в испуганные и растерянные лица друзей.
