Не прекращая поцелуя, вампир спустился по лестнице, удерживая в руках любимую, и сел на низкий диван, так, что Ева оказалась у него на коленях. Очень медленно Элайджа потянул вниз тонкую бретель топа, обнажая правую грудь, которая тут же оказалась в плену его ладони. Он мягко сжал нежный холмик, от чего Ева выгнула спинку, наслаждаясь его лаской, и вампир оторвался от пухлых губок, склоняясь к затвердевшему соску, и проходясь кончиками языка по его ореолу. Девушка застонала, прикусывая губу, но через мгновение тонкие ладони уперлись в мужскую грудь, отстраняя любимого от себя.
— Элайджа, хватит…- прошептала она, заглядывая в почерневшие от страсти глаза вампира, — иначе, наша брачная ночь случится прямо на этом диване…
— Не то, чтобы ты была особенно против, птичка, — хрипло отозвался Майклсон, и его ладонь скользнула под резинку коротких шортиков, касаясь нежных складок плоти между точеных девичьих бедер, — такая мокрая…
Лицо Евы стало алым, и она задергалась в крепких объятьях, пытаясь вырваться из рук любимого, пока его пальцы умело ласкали пылающую промежность, доводя девушку до сумасшествия.
— Элайджа, нет!
— Да, Ева. Да…
Девушка прикусила губу, едва сдерживая стоны наслаждения. Ее сопротивление становилось все слабее, пока и вовсе не сошло на нет. Под горячим взглядом Элайджи она шире развела бедра, когда они услышали громкий стук в дверь.
— Какого черта… — только и смог проговорить вампир, стискивая зубы, пока раскрасневшаяся Ева, воспользовавшись тем, что он ослабил объятья, вскочила на ноги и устремилась в ванную комнату.
Майклсон едва успел привести в порядок свою одежду, когда в гостиной появилась Ребекка.
— А где Ева? — воскликнула она, пристально глядя на злого брата, — я отвезу ее в дом родителей. Эту ночь вы должны прости по отдельности!
Элайджа призвал на помощь весь свой самоконтроль, чтобы не высказать сестре все, что накипело в нем за эти дни вынужденного целибата. Не поднимая на нее глаз, он на вампирской скорости приблизился к бару, и наполнил бокал бурбоном.
— Ты мне так и не ответил, где Ева! — продолжила недовольным тоном Ребекка, но не успел вампир сказать ей и слова, когда его юная невеста, которая успела переодеться в джинсы и свитер, оказалась в гостиной, и вместо любимого ответила его сестре:
— Я здесь.
— Отлично, дорогая, — с видимым облегчением проговорила Первородная, делая шаг в сторону будущей невестки, — я как раз свободна и могу подвезти тебя.
Ева натянуто улыбнулась и бросила взгляд на мрачного Элайджу, который молча цедил бурбон. Девушка прикусила губу, и сделала шаг в сторону любимого, после чего повернулась к Ребекке.
— Дай нам минутку, — очень тихо сказала она и Первородная понимающе кивнула.
— Жду тебя на улице.
Ребекка исчезла за дверью, а Ева приблизилась к любимому, который не сводил с нее тяжелого взгляда.
— Не злись, — ласково проговорила она, касаясь мужской щеки кончиками пальцев, — всего одна ночь. Это важно для меня, Элайджа. Я и так выхожу замуж беременной, так пусть будут соблюдены хоть эти традиции.
— Я не слышал о том, что недельное воздержание обязательное условие женитьбы, — хмуро отозвался вампир.
— Брачная ночь тоже сейчас не обязательное условие, — прищурилась Ева, кусая губки, — так, может, откажемся и от нее? Ведь ты давно лишил меня невинности.
— Не дразни меня, птичка, — отозвался Элайджа, подходя к девушке вплотную, — или хочешь вернуться к тому, чем мы занимались до прихода Ребекки?
— Очень хочу, — честно ответила та, — и мы к этому вернемся. Но завтра. Мне пора, милый.
Ева приподнялась на цыпочках и нежно коснулась губами мужских губ. Вампир никак не отреагировал на ее ласку, и девушка хотела было отвернутся, но в следующую секунду мужские руки жестко стиснули тонкую талию, и Элайджа поцеловал ее по-своему — нетерпеливо и страстно.
— Завтра ты будешь наказана за каждый миг моих мучений, птичка, — выдохнул он, едва найдя в себе силы, чтобы отстраниться от задыхающейся девушки, — а теперь беги, пока я не передумал.
Ева улыбнулась и, быстро коснувшись на прощание губами мужской щеки, поспешила к ожидающей ее Ребекке. Когда за девушкой захлопнулась дверь, Элайджа тяжело опустился на низкий диван, притягивая к себе бокал с бурбоном. В этот миг он почти пожалел о том, что отказался от мальчишника, устроить который ему предлагали братья.
На следующий день Клаус и Кол разбудили его совсем рано, и он, едва успев облачится в новый смокинг, поспешил с ними в найденный Ребеккой ресторан, чтобы полюбоваться на проделанную ей работу. Сестра, действительно, постаралась на славу и Элайдже стало почти стыдно за то, что он так противился ее помощи. Маленький зал, украшенный лилиями, выглядел нежно и мило.
В этих хлопотах Майклсоны и не заметили, как пролетело время. Было около полудня, когда Ребекка подняла на брата встревоженный взгляд.
— А где Ева, ты не знаешь? Она уже должна была приехать. Я звоню ей, но…
— О чем ты говоришь?
Голос Элайджи, который, как не старался, не мог скрыть беспокойство, привлек внимание братьев.
