В лабиринтах Зазеркалья… полностью

Книга посвящена революционной идеологии, сформировавшей новую, советскую, историю. Хронологический акцент в ней сделан на первых послеоктябрьских десятилетиях. Именно эта идеология позволяет её адептам говорить об «особом пути» страны и, более того, формирует этот путь, как будто бы уже отвергнутый в постсталинскую эпоху, но постепенно восстанавливаемый в современной России. То, что он возвращает Россию в колею реакционного консерватизма и авторитаризма, стоившего стране в ХХ веке стольких жертв, представляется мне достаточно очевидным. Возникновение, структура и развитие этой идеологии, а также её распространение по всему пространству культуры – вот тема этих заметок, накопившихся в процессе работы по моей основной специальности (русская литература ХХ века) и расширения собственного жизненного опыта.

У истоков революционной идеологии находится учение марксизма, а затем ленинизма. Я пытаюсь показать, что это принципиально разные понятия. Не принимая эволюционную теорию Маркса в целом, Ленин сосредоточил внимание лишь на одной её части – на «переходном периоде» к коммунизму, главный смысл которого свёл к некой бесконечной диктатуре – «диктатуре пролетариата». Усовершенствовал Ленин, мягко говоря, и другие принципы теории Маркса. Вопреки Марксу он доказывал, что революция должна произойти не в самой развитой, а в самой отсталой, полуфеодальной стране. каковой и являлась, по его устойчивому мнению, дореволюционная Россия. Совершившуюся буржуазно–демократическую революцию через несколько месяцев он объявил «социалистической» по характеру социально–экономических преобразований и приписал её «пролетариату» там, где пролетариат фактически отсутствовал. Процесс перевода коммунистической утопии марксизма в теории и практику диктатуры я пытаюсь проследить в первом и втором разделах книги.

После 1917 года предполагалось, что идеологический феномен ленинизма станет вектором для всего «прогрессивного человечества». Хотя всё человечество по «особому пути» вслед за Россией не пошло, идеи мировой революции в первые годы после Октября гордо витали над страной, пока не провалилась революция в Германии и не растаяла надежда на поддержку немецкого «пролетариата» (этот пролетариат задал России жару в 1941 году!). Несмотря на крах своих ожиданий, Россия на протяжении всего ХХ века продолжала поддерживать любые общественные движения, предполагавшие возможность революций, подобных нашей, и щедро их финансировала, не рассчитывая в случаях многочисленных неудач на возвращение многомиллиардных долгов.

Все главные лозунги, под которыми совершалась Октябрьская революция (фабрики – рабочим, земля – крестьянам, мир – народам) оказались ложными, невыполненными обещаниями. Фабрики, построенные ещё при царизме, перешли не в руки народа, а во власть государства, государственного управления, новые же во многом создавались бесплатным трудом миллионов узников советских концлагерей. Сталин назвал этот процесс «индустриализацией». Истинно трудовое крестьянство в России было согнано с его собственной земли, отданной в распоряжение колхозов и совхозов, причём те крестьяне, которые не были сосланы («раскулачены»), оказались скорее не собственниками земли, а её «собственностью», поскольку на многие десятилетия лишились права её покидать. Такова была «коллективизация». Герой знаменитой песни 20-х годов «Гренада» «пошёл воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать» – судьба русских крестьян его явно волновала меньше, чем испанских. Обещанный «мир народам» разрешился самой кровавой в истории человечества Второй мировой войной, начавшейся с раздела Польши между дружественными Россией и Германией.

Триада лозунгов великих революций ХIХ века «свобода, равенство, братство» для России обернулась такой же фальшью, как и остальные обещания Октября. О свободе в условиях созданного советской властью авторитарного государства невозможно говорить уже по определению. Самая большая из свобод – свобода печатного слова – вскоре после революции была упразднена. В годы сталинского террора за ней последовала свобода слова устного – можно было получить срок за анекдот. Идея «равенства» привела Россию к одной из самых глубоких в мире пропастей между бедными и богатыми. «Братство» не помешало репрессиям против целых народов.