Заблудиться в лабиринте чисел очень просто. Но если вашим проводником согласится стать сама многоуважаемая Арифметика, путешествие удастся на славу. Каждая остановка, а их будет тридцать две (по числу букв алфавита) подарит вам незабываемые впечатления, а задачи, которые Арифметика иногда будет подкидывать своим спутникам, внесут ещё большее разнообразие в этот и без того прихотливый маршрут. Замечательная книга о приключениях мальчика Чита в Лабиринте Чисел и о его проводнице — Арифметике. В увлекательной форме знакомит детей со многими математическими и логическими понятиями.
Жил-был человек по имени Чит. Было ему лет восемь. А может, девять. А может… В общем, от семи до одиннадцати. Раз пошёл Чит гулять. Шёл-шёл и увидал незнакомый переулок. А в переулке — незнакомый дом. А в доме — незнакомая дверь. А на двери — стеклянная табличка: «ЛАБИРИНТ ЧИСЕЛ. Открыт круглый год без перерыва на обед. Вход бесплатный».
«Любопытно! — подумал Чит (как все люди от семи до одиннадцати, он был очень любопытен). — Во-первых, лабиринт. Во-вторых, чисел. В-третьих, вход бесплатный. По-моему, это как раз для меня».
Тут он уже больше ничего не подумал, а просто толкнул дверь и увидал обыкновенную комнату. В комнате стоял обыкновенный письменный стол. За столом сидела женщина — вроде бы тоже обыкновенная. Было ей лет двадцать. А может, пятьдесят. А может… Впрочем, люди от семи до одиннадцати возраст других людей определять ещё не умеют. Тем более женщин.
— Привет! — сказал Чит вежливо (а он был вежлив всегда, когда это ему удавалось). — Я Чит.
— Привет! — ответила женщина, разглядывая его молодыми весёлыми глазами. — Хотя, обращаясь к даме, лучше бы всё же сказать «здравствуйте». В особенности если даме много тысяч лет от роду…
— Много т-т-тысяч? — изумился он. — Но… но тогда вам давно пора на пенсию! Моя бабушка куда моложе, а она уже…
— Что можно Юпитеру, нельзя быку, — усмехнулась женщина — Так, кажется, говаривали древние?
— При чём тут бык? — возмутился Чит. — Во-первых, моя бабушка никакого отношения к быкам не имеет. А во-вторых…
— А во-вторых, не будем горячиться попусту, — миролюбиво остановила его женщина. — Бабушка к быкам действительно отношения не имеет. Зато некоторое отношение к быку имеет учреждение, в котором мы находимся. Когда-то, давным-давно на острове Крит жил царь Минóс. Так утверждает древнегреческий миф, то бишь сказка, а сказки не всегда лгут! Так вот, призвал однажды Минос знаменитого зодчего Дедáла и приказал ему построить лабиринт — иначе говоря, здание, куда очень просто войти, но откуда очень не просто выйти. Ясно?
— Ясно, — кивнул Чит и украдкой покосился на дверь. — Но где же всё-таки бык?
— Странный вопрос! — фыркнула женщина. — Бык там, где его поселил Минос: в лабиринте. Хотя бык он только наполовину, а наполовину человек. Гибрид, одним словом. На редкость прожорливое и свирепое чудовище Минотáвр, истреблявшее всех, кого загонял в свою страшную ловушку жестокий властитель Крита. К счастью, нашёлся-таки смельчак, который одолел Минотавра. Звали его Тезéй. Но из лабиринта он выбрался только благодаря дочери Миноса Ариáдне. Прекрасная и не менее изобретательная Ариадна дала герою огромный клубок шерсти. Тезей привязал кончик нити к колышку у входа и смело двинулся в глубь лабиринта. Пока он шёл, клубок всё время разматывался. Когда же с Минотавром было покончено, нить Ариадны вывела Тезея наружу. Интересная история, не правда ли?
Чит уныло подтвердил, что очень интересная, но… где он возьмёт такой большой клубок? Женщина, однако, сказала, что это уж её забота. И тут Чита осенило!
— Вы Ариадна! — закричал он. — Та самая прекрасная Ариадна, которая помогла Тезею выйти из лабиринта!
Женщина слегка покраснела и не без удовольствия погляделась в карманное зеркальце, но ответила всё же, что прав он, к сожалению, только на три седьмых.
— Как так? — не понял Чит.
— Очень просто. В имени «Ариадна» семь букв. Из них в моё имя входят только три, стоящие рядом: АРИ. Стало быть, Ариадна я всего на три седьмых. Зато Арифметика на все десять десятых. Иначе говоря, целиком и полностью!
Последние слова она выпалила так победоносно, будто не сомневалась, что Чит немедленно лопнет от радости. Но он только озадаченно хлопал ресницами.
— Что же вы молчите? — возмутилась женщина. — Или вы не слышали? Я А-риф-ме-ти-ка! Та самая, что изучают в школе. Ну предмет, предмет такой…
— Но у нас нет такого предмета, — тоже вышел из себя Чит. — Мы русский язык и математику проходим.
— Вот как, — язвительно усмехнулась Арифметика, — у них нет такого предмета! А примеры на вычитание и деление? А упражнения по сложению и умножению столбиком? А задачка про рыбака, который поймал 12 окуней, а лещей на 6 больше и треть улова отдал товарищу? Это что? Разве не арифметика? Да совсем ещё недавно школьники трепетали, заслышав моё имя… И вот оно забыто! А всё почему? Да потому только, что я добровольно впустила в младшие классы школ моих сестёр, Геометрию и Алгебру, и теперь всех нас вместе величают Математикой! Нет, это что же такое происходит?! Я делаю благородный жест, я поступаюсь собственным именем во имя пе-да-го-ги-ческого прогресса, а обо мне, видите ли, больше знать не хотят! Будто не я — первооснова всякого счётного дела, будто не я — одна из самых древних наук мира! Словно и не Арифметику, а кого-то другого называют царицей Математики…
