Член НСДАП, видный чиновник МИД Германии. Томас дважды его допрашивал. Появился хозяин — высокий, высокомерный и очень раздраженный.
— Еще и вы, капитан Клермон? Что вы хотите украсть? Столовое серебро? Картины? Ваши коллеги самое дорогое уже унесли!
— Граф, — перебил его Томас, — я пришел узнать, что здесь происходило.
— Вы все отлично знаете! Все вы воры и свиньи!
— Замолчите, — властно приказал Томас.
Граф уставился на него, начал дрожать, а потом бессильно упал в кресло и начал рассказывать.
— Это все было специально подстроено. Теперь я это понял. — Граф посмотрел на Томаса горящими глазами. — Извините за мое поведение. Я знаю, что вы не причастньк этому разбою.
— Продолжайте, пожалуйста, — сказал Томас.
Вы знаете, что я был на руководящей работе при Гитлере и боюсь преследований. Мы живем замкнуто. Месяц назад к нам приехала одна из знакомых, дальняя родственница, англичанка. Я полагаю, она работает на разведку, чья резиденция в Ганновере. Она-то и посоветовала мне спрятать драгоценности в цветочных горшках. Когда появились ваши люди, они начали вырывать цветы из горшков в зимнем саду и в комнатах.
Томаса сначала бросило в жар, а потом в холод. Он попросил:
— Назовите имя этой дамы, граф.
Два дня спустя в Ганновере в здании «Секрет Сервис» появился некий капитан Клермон из Баден-Бадена. Он разыскивал стройную блондинку в прекрасно сшитой женской униформе лейтенанта, которая работала в одном из отделов этой секретной службы. Дама рассматривала через лупу драгоценный браслет. Раздался стук в дверь. Женщина мгновенно спрятала лупу и браслет в ящик стола и только тогда разрешила войти. Человек по имени Клермон вошел в кабинет. Дама за столом вскрикнула, побледнев как мел, она беззвучно прошептала:
— Невозможно… Томми… Ты?
С плотно сжатыми губами Томас смотрел на прекрасную принцессу Веру фон С.
— Томми, какая радость! Ты выплыл, и теперь у французов, — с этими словами Вера бросилась ему на шею.
Томас решительно освободился от ее объятий.
— Подлая лгунья. С какого времени ты грабишь немцев вместе с этим негодяем Валентином?
— Я не имею понятия, о чем ты говоришь, мое сокровище, — ответила принцесса, улыбаясь.
— Два дня назад твой негодяй провел обыск в доме графа Вальдау. Точнее сказать, обыск цветочных горшков. Чья это была идея?
— Позволь, конечно, моя. Валентин довольно туп для такой идеи.
Томас стоял перед ней и махал от возмущения руками.
— Хитрый трюк. Ты понимаешь, что это низость?
— Какая может быть мораль в наши дни, особенно в отношении такой нацистской свиньи, как Вальдау! Все свои сокровища он награбил в период третьего рейха.
— Вполне возможно, — ответил Томас, — но все награбленное им в период нацизма принадлежит прежним владельцам, если они будут найдены, или государству, если владельцев не найдут, но ни в коем случае не вам обоим!
— Боже, какой ты идеалист! Знаешь что, Томми, пойдем ко мне, у меня прекрасная квартира, раньше принадлежала старому нацисту, — предложила Вера.
Это был необычный вечер. И Томас, и принцесса очень быстро опьянели. Принцесса стала необыкновенно нежной, а Томас сентиментальным. В состоянии опьянения Томас совершил страшную ошибку. Он рассказал о своих планах на будущее и о своем банковском счете в Цюрихе на имя Евгения Велтери.
— Евгений Велтери тоже твое имя? — шептала Вера. — Ах, милый, и много денег на твоем счету?
Этот вопрос должен был оы его отрезвить, но этого не произошло. Он только сказал:
— Не больна ли ты, у тебя на уме только деньги. Вера прикусила губы и печально сникла. Они выпили еще немного и, наконец, заснули.
На следующее утро Томас хозяйничал на кухне, Вера проснулась с головной болью. Он принес ей в постель завтрак.
— Сейчас пей кофе, затем душ, одеваешься, и поедем.
— Уже? Куда?
— Ты поговоришь со своим другом Валентином и позаботишься, чтобы драгоценности вы оба лично вернули Вальдау.
— Послушай, дурак, ты забыл, что было ночью?! Томас приподнял брови.
— Ночь есть ночь. Дело есть дело.
Поднос с кофе полетел на пол. Посуда разбилась. Вера вцепилась в Томаса зубами и ногтями.
Вечером в этот же день Томас возвращался в Баден-Баден на своем «джипе», рядом с ним ехала принцесса Вера фон С. Здесь им была совершена еще одна ошибка. Он пошел вместе с Верой к себе в отдел, на Вильгельмштрассе № 1, вызвал лейтенанта Валентина и потребовал вернуть украденные драгоценности.
— Я не понимаю, — холодно заявил лейтенант. — Я буду на вас жаловаться, мой капитан.
— Закрой рот, — деловито посоветовала принцесса, — он все знает.
— Что все?
Вера посмотрела на Томаса.
— Можно, я пять минут поговорю с ним наедине?
— Пожалуйста.
Это было ошибкой! Томас оставил их вдвоем, а сам сел в холле, не спуская глаз с двери своего кабинета. Он подождал немного, потом его бросило в жар, он понял, что все-таки сделал глупость. Его кабинет находился на первом этаже, а на окне не было решеток. Когда он бросился в комнату, она была пуста, окна открыты. Через 20 минут по всей стране застучали телетайпы:
