— Я уже попробовал. Съел вместе с тобой каждую ложку. Если ты на всех свиданиях так ешь, понимаю парней, которые не смогли удержать свои члены в штанах.
Его глаза стали совсем тёмными, а взгляд угрожающе пристальным. Я застыла с приоткрытым ртом, пытаясь подобрать слова, но меня прервали.
— Ешь. — Настоял Ирбис.
— Давай напополам. — Ответила, пододвинув вазочку на середину стола.
— Только если ты меня покормишь… а я тебя.
— Ты любого способен завести в тупик?
— Я сын своего отца, поэтому могу ответить с полной уверенностью — да. Давай. Это безобидно.
Я хотела взять его ложку, но Ирбис не позволил, показав взглядом на ту, что лежала в моей вазочке. Я выпила ещё вина, снова практически залпом, будто пересилила себя, заставив зачерпнуть лакомство и поднести к губам Ирбиса. Он не торопился взять ложку в рот, пока я не поднесла её вплотную к губам слегка измазав их десертом. То, что происходило, казалось мне чем-то невинно-порочным. Ирбис взял ложку из моих рук и повторил то же, что я, момент в момент, движение в движение. Он ни разу не оторвал от меня взгляда, ловя им каждое движение, заставляя краснеть, каждый раз размазывая на моих губах всё больше кремовой субстанции, которую мне приходилось слизывать. Я видела, как у Ирбиса участилось дыхание, а зрачки расширились и понимала, что выгляжу не лучше его. Он отдал мне последнюю ложку десерта, облизнув её после меня. За этим процессом не заметила, что мы пришвартовываемся, и поймала себя на мысли, что не отказалась бы от ещё одной вазочки блаженства.
— Я помню, что ты хотела уехать сама, но после выпитого тобой не могу никому доверить твою транспортировку. — Ирбис помог мне ступить на твёрдую землю и отсутствие покачивания показалось мне странным. Меня шатнуло, и я опёрлась обеими ладонями о его грудь. Не стала грешить на вино, я пила и более крепкие напитки, но так меня не штормило.
— Ты тоже выпил. Или снова примешь волшебную таблеточку? — Замерла на нём взглядом, понимая, что уже согласна чтобы он меня отвёз — устала, захмелела, вымоталась, да и ломаться смысла не было.
— Нас ждёт машина с водителем. — Прижал меня плотнее к себе, всматриваясь, будто впервые видит. Не случайно — мне многие говорят, что когда я навеселе, становлюсь другим человеком, проще и понятнее, даже внешность меняется, становится легкомысленнее, поэтому на всех вечеринках меня первым делом угощают чем-нибудь покрепче, чтобы расслабилась.
— Всё предусмотрел?
— Да. Даже то, что если бы у нас сегодня случился секс, я бы не предохранялся и тебе не позволил. — Произнёс почти в губы, так, что я снова почувствовала вкус вина и шоколада, с привкусом Ирбиса.
— Мы же выпили. — Первым во мне заговорил медик, и до меня с опозданием дошёл смысл сказанных им слов.
— К моменту, как я в тебя кончил, ты была бы абсолютно трезва.
Ирбис не выпускал меня из рук, придерживая за талию. Я уже и забыла, насколько он прямолинеен в своих изъяснениях. С одной стороны это было хорошо — он честен, а с другой — меня пугали его слова, ведь он не шутил.
— Отвези меня домой. — Попросила, чуть протрезвев и попытавшись отстраниться, только Ирбис не позволил.
— Ты ведь не передумаешь насчёт Франции? — Сурово спросил, подняв мою голову за подбородок чтобы наши взгляды встретились.
— Нет. Но до этого как минимум два свидания. — Хотела проверить насколько Ирбис готов идти на уступки.
— Ты тоже умеешь торговаться. — Улыбнулся, и приобняв меня за талию, повёл к ожидавшей нас машине.
Всю дорогу заставляла себя не спать, это был бы уже перебор — заснуть на его плече. Отодвинуться он мне не давал, обняв рукой и поглаживая большим пальцем ткань платья. Мурашки, которые только угомонились, будто забились в конвульсиях, причём все сразу. Странное ощущение мешало сидеть спокойно и даже дышать. Как я не пыталась сменить положение — лучше не становилось. Лёгкая ткань платья, скользящая по коже, щекочущая её, усугубляла положение, как и запах Ирбиса, который безумно хотелось вдыхать снова и снова, с каждым разом как можно глубже. К счастью, мы доехали быстро, и я смогла выйти из машины, отряхнувшись от ощущений.
— Ты полна сюрпризов. — Произнёс Ирбис, оставшись за порогом квартиры, который я переступила.
— Ты о чём?
— Оказывается, ты очень отзывчивая, чуть не кончила от лёгких прикосновений.
— Я не…
— Тебя отпустило? — Перебил меня строгим тоном, снова вернувшись в привычное требовательно-суровое состояние. — Спрошу иначе: ещё тянет низ живота?
— Нет. — С этим ответом пришлось признаться самой себе, что Ирбис оказался прав в своей догадке.
— Хорошо. Не ласкай себя.
— Почему? — Вопрос, продиктованный пьяным любопытством.
— Хочу увидеть твоё первое удовольствие. Ложись спать.
Ирбис закрыл дверь в мою квартиру, пока я медленно соображала. Лучше бы вообще ничего не соображала, не понимала и не чувствовала. Утром на трезвую, ясную, перезагрузившуюся голову, я поняла как много ему позволила, а самое главное — как много позволила себе.
