Я прокрутила обратно на вершину его профиля и посмотрела на его биографию, в которой было только одно предложение.
Я проскользнула под одеяло и закрыла глаза. Я заставила себя забыть о нем, но мой разум был самым слабым прямо перед тем, как я засыпала, и всегда несся к нему.
На этот раз это было в тот момент, когда мы заперлись в том шкафу на Новогодней вечеринке. Пьяная я думала, что было бы отличной идеей сыграть в семь минут на небесах. Блейк даже не играл в игру, но он сидел прямо за пустым местом в круге. Поэтому, когда кто-то развернул бутылку, она в конечном итоге указала на него.
Я ожидала, что он откажется. Он не играл, и это была я, он должен был закрыться со мной в шкафу, но он не отказался. Он встал и потянул меня за собой, вгоняя меня в ступор. Перед тем, как мой шок смог испариться, он толкнул меня в шкаф и закрыл дверь позади него.
Он прижал меня в стену, и даже в полной тьме я чувствовала его губы болезненно близко к моим. Я могла чувствовать запах алкоголя на его дыхании, смешанный с мятой и вкусом, который был чисто его. Он положил руки на мою талию, и через туман я почувствовала панику, что он собирается почувствовать мой мягкий живот и убедиться в том, насколько я жирная. Это было недолгим, потому что мое желание вступило во владение и отбросило мою неуверенность в сторону. Мне было трудно притворяться, что он мне не нравился так близко мне.
— Что ты делаешь? — Спросила я, мои мысли и чувства находились в состоянии беспорядка.
— То чего мы оба хотим, — сказал он.
Он уткнулся головой в мою шею и медленно поцеловал ее, чтобы разбудить каждый мой нерв и заставить меня быть податливой под его ртом и руками. Это было волнующе. Это было абсолютно замечательно, и я обнаружила, что сжимаю его волосы.
Он застонал в ответ и провел руками по моим волосам, прижимаясь к мне. Я чувствовала, насколько он хотел меня, четкое доказательство прижималось ко мне. Я отбросила все сомнения и отдалась чувствам.
Он оставил линию поцелуев, которые остановились прямо рядом с моими губами, как способ насмехаться над мной. Я застонала в ответ, в секунде от поцелуя.
— Что? Ты думала, что я собираюсь поцеловать тебя? — Его дыхание мягко ласкало мои губы. — Подумай еще раз.
Если бы я была трезвой, я бы отодвинулась от него, как будто он ударил меня. Я бы отказалась прикасаться нему на мгновение дольше.
Но я этого не сделала.
Подстегнутая алкоголем и подавляющим желанием, я коснулась своими губами его, удивив нас обоих. Ему не понадобилась ни одна лишняя секунда, чтобы ответить. Он поддался мне так, как казалось, что он что-то подавлял так долго, пока не мог больше сопротивляться. Он схватил мое лицо и подтолкнул меня к стене, его стоны создавали сильные ощущения в моем животе. Мы не могли сдерживать себя, когда наши руки беспокойно бродили по нашим телам, и это оставляло меня задыхаться и нуждаться гораздо больше, чем обычно.
Прошли минуты или, может быть, вечность — до того, как он оторвался от моих губ, тяжело дыша, как и я. Он пронизал пальцами по моим волосам и прислонился лоб к моему, рвано дыша, когда молчание растянулась… Пока его тело не стало жестким.
— Нет, — сказал он голосом, капающим с сожалением, убрав от меня руки. — Черт, нет.
— Блейк?
Он не отвечал секунду, две, три… десять. А потом он начал смеяться.
— Ты не только толстая, ты и легкодоступная. — На этот раз я отпрянула, потрясенная полным изменением его действий. — Сначала, Беркс. Теперь я. Кто дальше?
Я не могла говорить. Первые слезы уже нашли свой путь по моим щекам. Он издал еще один смешок.
— Мне даже не нужно было делать ничего, чтобы ты ела из моих рук. Так легко.
— Я… я тебя ненавижу. — Это было все, что я могла сказать, но мне удалось влить в это все негодование.
Он фыркнул.
— Что еще нового?
Я оттолкнула его в сторону и повернулась к двери, собираясь открыть ее, когда он сказал:
— С Новым годом, жирная. И научись целоваться лучше.
Я ударила кулаками против матраса, переживая те минуты, как будто они сейчас происходили. Я была точно мазохисткой мучая себя воспоминаниями, которые приносили мне только боль. Больше всего было больно потому, что это был один из лучших моментов в моей жизни. В течение нескольких блаженных секунд я чувствовала себя ближе к нему, чем кому-либо, и это залечило все мои шрамы. Не было лучшего способа начать новый год.
Только ему удалось уничтожить все, жестоко напомнив мне, что мы всегда будем оставаться врагами. Наш поцелуй значил для меня все, но ничего не значил для него.
А теперь, три месяца спустя, я все еще застряла между чувствами к нему и своей жизнью. Если бы только вещи могли быть иначе.
