Я не знаю, что это было – помешательство, помутнение рассудка, низменные инстинкты или же зашкаливающие эмоции, которые требовали вырваться из-под контроля окончательно и бесповоротно… Пожалуй, всё вместе. И этот дикий, пьянящий коктейль заставлял меня сходить с ума. Кожа пылала от прикосновений губ лерата, внутри всё сжималось, отчаянно требуя ещё и ещё, но плечо у основания шеи внезапно пронзила острая боль от впившихся в него клыков, а мужские пальцы наконец коснулись самого сокровенного.
Сдержать громкий стон я не смогла.
Это было непередаваемо… Кратковременная вспышка боли только усилила наслаждение и сошла на нет, постепенно угасая, оставляя после себя лишь нереальные ощущения.
Этот мужчина действительно знал, как нужно обращаться с женщинами, чтобы им не пришлось потом ни о чём жалеть.
И я не стала исключением. Моя нога вновь оказалась закинутой на его талию. Одна его ладонь легла на мою щёку, пальцы скользнули в волосы, а губы накрыли мои в быстром, опьяняющем поцелуе. Хотелось стонать и извиваться от его ласк, доставляющих острое, ни с чем не сравнимое удовольствие, особенно когда я поняла, что мои собственные руки так и остались прикованными к стене над головой!
Чёртов лерат…
Находиться полностью в его власти, понимать, что он может делать со мной всё, что ему вздумается, ощущать его силу и превосходство, таять от прикосновения его рук, чувствовать нехватку воздуха в лёгких, ощущать, как от движений его пальцев начинает кружиться голова, и осознавать, что всё это сводит меня с ума, – настолько это было невозможным.
Нереальным, волшебным и… желанным, как ничто другое.
Остро хотелось всего и сразу, его хриплое дыхание перемешалось с моим, а начатый уже давно поцелуй никто не собирался заканчивать. Где-то внутри от действий Аделиона зародился тёплый комок, который становился всё больше и больше, горячее с каждой секундой, пульсируя всё сильнее. Он разрастался, заполняя меня изнутри, заставляя пылать кожу, чувствовать, как к мокрой от пота спине липнут волосы, вынуждал изгибаться, чтобы иметь хоть какую-то возможность коснуться его тела. Кружил сознание, засасывал в водоворот чувств и эмоций, переполнял изнутри, грозясь лопнуть в любой момент.
Я охнула от особо чувствительного движения его пальцев внизу, выгнулась и не сдержала очередной стон, который Аделион поймал своими губами. И в этот миг напряжение, нарастающее внутри, лопнуло. Горячая волна хлынула и разошлась по телу, заставляя его дрожать от напряжения. И я вскрикнула, но этот вскрик Аделион заглушил поцелуем, я же, ощущая, как сознание тонет под лавиной наслаждения, с силой укусила лерата за нижнюю губу.
Меня здорово трясло. Отдышаться не получалось, как бы я ни пыталась это сделать. Всё тело дрожало то ли от жары, то ли от возбуждения, которое медленно и весьма неохотно отступало. Мокрое от пота тело липло к коже лерата, но раздражения от неприятного ощущения не чувствовалось совсем. Была лишь лёгкая усталость и… облегчение.
Мои эмоции, как и моё тело, получили наконец желанную разрядку. И лёгкие прикосновения губ Аделиона к моей шее давали непередаваемое ощущение расслабленности, постепенно успокаивая бушующий внутри огонь.
Мне было хорошо, как никогда раньше.
И если бы не мужские руки, вовремя скользнувшие на мою талию, надёжно удерживая, я, наверное, рухнула бы на пол. Максимум, на что меня хватило, – это обнять лерата за шею, когда он, тихо смеясь, поднял меня на руки.
– Не смешно, – тихо проворчала я, пряча лицо на плече Аделиона.
Нет, мне не стыдно, пусть даже не рассчитывает. А вот голова ещё слегка кружилась.
Очередной смешок стал мне ответом, но ироничных комментариев, слава богу, не последовало – меня просто понесли в сторону кровати. Секундная заминка, шорох ткани – и вот моё полностью ослабевшее тело, извиняюсь за пафос, со всеми удобствами устроили на шёлковых простынях. Я лениво потянулась, машинально перевернулась на живот, с трудом подтянула поближе первую попавшуюся подушку и, уткнувшись в неё, сладко зевнула:
– Всё. До весны не будить. Меня нет, не было и не будет.
– Спокойной ночи, маленькая маранта, – раздался тихий смешок над ухом, а затем по моей спине прошлись сильные пальцы, слегка надавливая на позвоночник и вызывая приятную дрожь по всему телу.
Я довольно мурлыкнула и почувствовала, как всё ещё разгорячённой кожи коснулась прохладная ткань одеяла. Глаза закрылись сами собой.
Да уж… Знала бы я, чем закончится вечер, согласилась бы на предшествующий ему спектакль намного раньше.
Тенью возникну на фоне луны,
Мышью летучей влечу в ваши сны.
Сладко, а главное, долго спать не запретишь…
Как бы мне вдолбить сию простую мысль в голову того, кто столь невежливо тряс меня за плечо, вынуждая скинуть с себя блаженное состояние полудрёмы? Похоже, только чем-нибудь тяжёлым, с размаху и по голове.
