… Юнг пишет: «Мы вполне можем назвать светом основную мистерию философской алхимии». Огненные искры, или scintillae, искры света природы, ««Мира Души» уже пребывали в хаосе, в первоматерии, когда мир только появился». Именно из этих «крошечных искр духа составлена сияющая фигура сына. Они соответствуют частицам света, заключённым в тёмной Physis…». Они суть символы сознания, и их психологическая значимость состоит в том, что они представляют собой автономные комплексы, «которые могут обладать, как рассеянные психе, определённой собственной светимостью».
По существу Юнг говорит об этом свете: «Почти всегда он персонифицировался как сын… чистый и простой daimonion». Эта фигура — и Сын Макрокосма, и Бог, и креатура. У него есть многочисленные аналогии в «языческой», христианской, иудейской и арабской традициях. Как мы уже упоминали, он — алхимический Меркурий. Он — «человек света» у Зосимы, Адам Кадмон кабалы, homo maximus Парацельса, Метатрон Зохара и персидский Гайомарт. Для Юнга он является архетипическим образом Самости.
В качестве света природы эта тайная субстанция «находилась во внутреннем мире человека» и была для алхимиков «вездесущей и всепроникающей сущностью, мировой душой и «величайшим сокровищем», самым сокровенным и потаённым numinosum человека. Вероятно, нет лучшего психологического понятия для него, чем коллективное подсознательное, чьим ядром и упорядочивающим принципом является самость («монада» алхимиков и гностиков)».
Обнаружив Самость в материи, алхимики там же нашли и Бога. «Мировая душа считалась той частью Бога, которая формировала квинтэссенцию и субстанцию Физис». Значит, «алхимики проецировали на материю даже высшую ценность — Бога».
Меркурий — гермафродит и вмещает «как женский элемент, Sapientia и материю, так и мужской, Святой Дух и дьявола». Здесь мы сталкиваемся с непростыми отношениями между материей, женским, и злом, которые продолжают тревожить нашу культуру. Меркурий «являет собой не только духовное и физическое, но и объединяет в себе нравственно высшее и низшее»
… Меркурий — (символ) бессознательного. Меркурий, связанный с тьмой и подземным миром, «ни в коем случае не является христианским дьяволом». Скорее последний возник в результате «дьяволизации» Меркурия. Меркурий — это Люцифер, «затемнение изначального светоносца, который сам никогда не бывает светом; он — phosphoros, несущий свет природы, свет луны и звёзд…»[76].
