В платоновском Государстве можно обнаружить идею о двух солнцах. Одно солнце, это обыкновенное солнце, которое есть «источник освещения и понимания в видимом мире (horatos topos)» и Солнце-Благо, символ высших идеальных Форм Платона, «высший исток бытия и понимания в мире форм (noetos topos или «интеллигибельном мире»)». Это Солнце-Благо есть Черное Солнце «видимый символ высшей из Форм и исток всего сущего». Данные ощущению эмпирические тела, вещи и явления — мир явлений не абсолютно отделен и изолирован от мира идей. Мир явлений — некая искаженная копия и слабая тень мира идей. Мир идей — вечно неизменный божественный проект изменчивого человеческого мира. Истинное познание — это познание бытия, т. е. мира идей. Оно доступно лишь избранным, философам. Толпе же не присуще быть философом. Об этом же нам говорят и «Халдейские Оракулы». В них изложена концепция, где выделяется два типа людей: Теурги, чьи души прошли очищение и вырвались из плена материи и «стадо», «толпа» — все великое множество людей, порабощенных страстями. Еще выделяют и третий тип — «средние» люди. Все три типа соотносятся с тремя мирами: Теурги — с Огненным миром; «средние люди» — с Эфирным; «толпа» — с Материальным[13]. Теургам дано знать тайны Черного Солнца.
В писаниях Филона мы также находим упоминания о Черном Солнце. В его работе De Opificio Mundi сказано: «В блеске своего сияния интеллигибельное столь же превосходит видимое, сколь солнечный свет с несомненностью превосходит тьму. Ныне невидимый свет, что воспринимается лишь разумом,… есть сверхнебесная констелляция [hyperouranios aster], источник констелляций чувственно воспринимаемых. Не было бы неверным определить его как «всесиянность», дабы обозначить, что из него солнце и луна, а равно как и неподвижные звезды с планетами получают, в зависимости от собственной особенности своей, свет, каждому из них подобающий…» Здесь перед нами упоминание Филоном существования в интеллигибельной сфере «гиперкосмической звезды» (hyperouranios aster), которую он связывает с образом солнечного света, и которую он рассматривает как конечный источник света для видимых небес».
Концепция двух солнц присутствует и в писаниях Плотина: «В главе 3, параграфе 11 его четвертой Эннеады, Плотин говорит о двух солнцах, обыкновенном видимом солнце и «интеллигибельном солнце». Согласно Плотину, Тамошнее Солнце есть Ум (пусть это будет примером для нашего рассуждения), следующее в порядке — Душа, зависящая от него и пребывающая, поскольку пребывает Ум; Душа дает свои пределы, граничащие с видимым Солнцем, этому Солнцу и, посредством себя, делает его связанным с Тем; Душа словно бы истолковывает для Того Солнца то, что приходит к нему от этого, и этому — то, что приходит к нему от Того…»[14].
Алхимик Арнольд из Виллановы в трактате «Розовый куст философов» вероятно, повествует нам о гиперкосмическом солнце: «Сердце наше пребудет в тревоге, пока мы не возвратимся к Нему (к Божеству), ибо высшая сущность элементов возносится к Огню, который выше звезд. И мы вышедшие от Него, с полным правом можем уповать на возвращение к Нему, единственному истоку всего сущего»[15].
