— Превосходно! — еще раз закричал Баянов и принялся с ожесточением наносить удары ножом по стекловидной поверхности. Из-под руки инженера замелькали мелкие брызги красных искр. — Вот какие у нас будут дороги! Вот какие!.. — не унимался Баянов, наклоняясь все ниже и ниже. — Каменные будут дороги! Каменные! Вечные!
Дул сильный осенний ветер, подымая мелкую рябь в холодных лужицах. Глухо разносились вокруг цокающие удары. Стоя на коленях посреди поля, инженер продолжал бить по камню.
Наконец он поднялся и тихо поплелся по направлению к институту.
Хромая, он прошел через проходную будку мимо удивленного вахтера и направился на территорию, названную почему-то «задним двором». Тут находилось целое скопление различных дорожных машин, давно прошедших испытания и переделки и большей частью уже негодных. Только некоторые из них хранились под навесом, большинство же лежали под открытым небом, полуразобранные и заржавленные.
Баянов внимательно осмотрел кладбище механизмов, освещенное ярким лунным светом, и наконец остановился перед одной громоздкой и сложной машиной.
Это была одна из последних неудачных моделей инженера Витовского. Баянов долго ходил вокруг машины, разглядывая ее со всех сторон. Иногда он приближался к ней вплотную, прикасался руками к рычагам, пытаясь стронуть их с места.
Он не знал, что из окна рядом стоящего жилого корпуса за ним внимательно наблюдает инженер Витовский.
Совещание, собранное в просторном кабинете директора, не было многолюдным. Тут находились лишь самые необходимые люди. И поэтому странным показалось Витовскому, что среди присутствующих находятся Баянов и Петров — инженеры, не имеющие прямого отношения к разработке его машины.
— Владимир Александрович, прошу вас! — провозгласил директор.
Инженер Витовский обвел присутствующих своим добродушным и лучезарным взглядом и начал доклад:
— Вот уже прошел почти месяц с тех пор, как мы последний раз собирались с вами по поводу моей машины. Что, собственно говоря, изменилось за это время? А изменилось, товарищи, за это время очень многое… Я не буду останавливаться на всех трудностях, с какими мне приходилось сталкиваться. Трудностей много, и вы их отлично понимаете. Они неизмеримо сложнее тех, которые мне приходилось преодолевать при конструировании железнодорожной путеукладывающей машины «Вперед». Там было совсем другое дело…
— Владимир Александрович, может быть, вы лучше расскажете о трудностях, с которыми вы встречаетесь сегодня? — вежливо прервал его директор.
— Простите, пожалуйста. Меня, представьте себе, все время тянет на сравнение. По правде сказать, оно понятно: ведь работа с машиной «Вперед» считается классической. Да… Так вот, значит, о трудностях… Никак не могу добиться, чтобы электроды равномерно и плотно прилегали к земле. Дорожное полотно, оставляемое машиной, благодаря этому получается непрочным, пористым и местами весьма рыхлым. Да, именно рыхлым! Вот тут недавно назначалось очередное испытание.
Так я, представьте себе, отменил. Отменил потому, что, подумав внимательно, пришел к заключению — опять получились электроды неудовлетворительной формы! Все это не то… Надо конструировать другие, более обтекаемые. Да… Так вот я и говорю: как только преодолеем все эти мелочи, так сразу дело у нас сдвинется с мертвой точки…
Витовский безмятежным и радостным взглядом еще раз оглядел всех присутствующих, словно говоря: «Милые вы мои, как приятно иметь дело с такими хорошими людьми! И я хороший, и вы хорошие, и все кругом хорошо».
Однако не очень любезными выглядели на этот раз эти милые и столь хорошо знакомые Витовскому люди. Некоторые отворачивались, встречаясь взглядом с Витовским. Другие смотрели на него холодно.
— Ваш доклад, Владимир Александрович, к сожалению, не носил инженерного характера, — осторожно заметил директор. — Мы ждали от вас технических деталей и подробностей, изучив которые можно было бы оказать вам нужную помощь.
Круглое лицо Витовского поскучнело, правда на одну секунду, а потом оно опять засияло ласковой улыбкой.
— Помощь! — воскликнул он, удивленно всплеснув руками. — Приятно слышать! Но какую, собственно говоря, помощь можете вы оказать в данном случае? Опыта в конструировании подобных машин ни у кого нет. Даже и заграница, как вы знаете, в этом призналась. Кто же, вы меня простите, будет указывать, как изменить ту или другую деталь? Пожалуйста! Я рад! Существуют по этому поводу какие-нибудь предложения?
— Разрешите мне, — раздался громкий голос.
— Пожалуйста!
Баянов поднялся и обвел присутствующих внимательным взглядом.
— Мне кажется… — начал он. — Мне кажется, что инженер Витовский прав…
Сияющее лицо Витовского повернулось к оратору и расплылось в торжествующей улыбке.
— Инженер Витовский прав в том отношении, — продолжал Баянов, — что опыта по конструированию подобных машин нет ни у кого. Это верно. А поэтому нужно расширить опыт работ, привлечь к этому делу как можно больше людей… Я имею в виду людей, желающих вести разработку самостоятельно, быть может даже и другим путем, чем тот, который избрал товарищ Витовский.
