В море, на суше и выше... полностью

— ОД Главного штаба погранвойск! («Это ж комитет, — ныло в голове. — Ну почему, почему на моем дежурстве!!!») Алло! Что у вас происходит на Среднем Крокодильском? Ничего?! Постоянная готовность?! А мне доложили — бригада пограничных кораблей отражает высадку морского десанта! Чей десант? Хм... не имею четкой информации! Моим очень плохо видно. Но воздушной поддержки десант не имеет! Докладываю на «Бриллиант»!

В первую трубку:

— Усилить наблюдение! Оставаться на связи! Об изменениях в обстановке докладывать немедленно!

И глубоко вдохнув, зенитный генерал трепетно взялся за трубку прямой связи с Генштабом...

Спасла ситуацию, как частенько бывает, сама природа. На многострадальный островок, который во все глаза разглядывали сотни своих, а вследствие хорошего качества радиоперехвата, и противных глаз, величественно накатил рассвет. Смотрят вояки всея земли — а береговая линия чистая... Пялятся во все глазки на бригаду — огоньки зажглись, бойцы с кораблей на зарядку потянулись... Спокойненько так. С ленцой.

Ну, а вернув боеголовки в исходное и выдрав подчиненных, стали генералы истерично хихикать, затем смеяться, а потом и заржали в голос.

Точка ПВО сходила в гости к диспетчерам порта — в санчасти прибавилось постояльцев.

А медсестра — что с нее взять?

Окопы? Вырыли. Аккурат к утру. В полный профиль. Потом прямо в них и бухнули теплотрассу.

А каплей-то... что каплей? Утром нашли спящим на штатном месте — в рубке дежурного. Спиртом пах сильно, но ведь механик... кто на такие мелочи внимание обращает? Говорю, не помнит ничего. Хотя больничные его опознали. Хотели судить — да не за что. Пистолет в сохранности, на соединении все в порядке, даже удивительно. Уволили орла. Комиссовали. Как прямую угрозу миру. Что и говорить, не место красит человека...

Мягков Алексей Николаевич. Родился в 1952г. в г. Ленинграде в семье офицера флота, которого вскоре перевели в Порккалла-Удд (советская военно-морская база на территории Финляндии). Детского сада там не было и командир базы, чтобы облегчить жизнь офицерских жен, приказал выделить для пригляда за малышами какого-нибудь матроса-сверхсрочника трезвого поведения и доброго нрава. И вот каждое утро пожилой старшина 2-й статьи Сенько обходил наши домики, собирал детей и целый день с ними возился.

В детстве для меня все люди делились на моряков (офицеров, старшин, матросов) и женщин. Первое, что поразило, когда мы вернулись в Ленинград — мужчины не носят формы!

В 1969г. окончил среднюю школу и собрался поступать в Гидрометеорологический институт, океанология тогда была в большой моде. Однако, муж моей учительницы, кап. 1 ранга С.Я.Генералов — выпускник ВАМУ выразился категорично: «Не валяй дурака! Ступай в "Макаровку", станешь гидрографом и человеком!» Я послушался и гидрографом стал, а по второму пункту высказываться на стану. ЛВИМУ им. адм. С.О.Макарова было гражданским заведением, однако его строгостям могли позавидовать и военные поселения. Распределили меня в Гидрографическую службу ВМФ, и начались дальние походы по всем океанам и морям. Продолжительность от 3 до 9 месяцев. Сначала я эти походы считал, а потом сбился, но полагаю, их было примерно 25. Позже я понял, что при всех глупостях и трудностях плавали, мы по сравнению с моряками боевого флота в условиях курортных.