В начале перемен полностью

– Не хочу зелья.

– А вот еще вариант: упал с коня, башкой о камень, и сидишь в кресле со счастливой улыбкой.

– Перестань! Хочу семейного счастья!!!

– А тоска? – напомнил Демон.

– Без тоски.

– Чтобы в душе не было тоски, ее надо наполнить духовной мудростью, творчеством и любовью. Изучай Тору, Библию, Коран, Бхагавадгиту, Махабхарату…

– Остановись, – закричал человек. – И сгинь! – устало добавил он.

Мужчина состарился. Его жизнь была сложной и интересной, были удачи и промахи, счастье и горе, случались и болезни. Но всю жизнь он учился, овладевая знаниями. Он стал известным мудрецом, алхимиком, много путешествовал, организовывал экспедиции. И в весьма преклонном возрасте, когда правнуков оказалось больше трех десятков, тихо умер во сне.

И оказался пред Божьим престолом. Рядом с лучезарной фигурой Всевышнего примостился знакомый демон, чего-то нашептывая в Господнее ухо. Наконец демон выпрямился и заявил:

– Доволен Господь твоей жизнью. Говори любое желание, и оно будет исполнено.

Задумался человек, а потом вдруг преисполнился храбрости и спросил решительно:

– Хочу узнать тайну мироздания. Для чего Бог создал все это? Зачем мы Ему?

Опять шепнул демон что-то на ухо Великому. Господь милостиво взглянул сияющим взором и ответил:

– Й!

– Чего? – не понял человек.

– Х! – сказал Бог.

– Как-как?

– Вф! – объяснил Бог слегка раздраженно.

– Простите, что Вы сказали?

Бог прикрыл глаза и тихо выдохнул:

– Х-х-х-х….

Растерялся человек, умоляюще взглянул на демона, тот вдруг помрачнел лицом и рявкнул:

– Не понимаешь?

– Нет.

– Иди учись!

И родился на Земле младенец, которому еще предстояло узнать много разной премудрости.

– Отличная сказка! – захохотал Асмодей низким клокочущим рыком.

Анри лежал, обдумывая историю. Многие слова действительно были непонятны. Но скрытый смысл тонкой змеёй вползал в мозг.

Перемены в нем продолжались, но теперь они не трогали тело, которое перестало лихорадить. Сейчас трепетал разум. Иногда он терял начало мысли. Знакомые слова переставали что-то значить, а всплывали новые названия, о которых он понятия не имел. Он уже догадался, что виной этих перемен был неизвестный порошок в загадочной фляге. И ломал голову, чем все это может закончиться.

Цыганский табор, образовавшийся из беженцев, уже содержал сотни повозок. Шум и гвалт стоял невероятный. Хотя никто не орал и каждый говорил негромко.

Депрессивный конь оказался прав. Поход растянулся на долгие две недели.

Появление процессии около крохотной приморской деревеньки Сент-Мари-де-ла-Мер можно было назвать триумфальным. Жители с ужасом глядели на приближающийся караван, гадая, что ожидать от пришельцев. Наверное, никогда в жизни они не видели столько народу.

Судя по отсутствию пожарищ и разрушенных домов, королевские войска со святой целью сюда еще не добрались.

Передняя повозка с Асмодеем на козлах остановилась. Некоторое время с обоих сторон прибывали все новые участники встречи. И наконец появились все. К счастью для истории, в тринадцатом веке собрания происходили без президиума, повестки дня и регламента. Поэтому слово взял Асмодей, как обладатель наиболее луженой глотки.

– Приветствую вас, братья цыгане, – заявил он.

Установилась тишина. Братья безмолвствовали, обремененные дурными предчувствиями. Наконец из толпы горожан вышел высокий, загорелый человек, похожий то ли на моряка, то ли на разбойника.

– Мы не цыгане, мы добрые христиане, – объявил он.