– Можем и сами с ними разобраться. Главное чтобы на время припрятать контейнер. Ну, или сдать на временное хранение. С гарантией. – Проговорил Тумба.
– Хорошая мысль, Иван Андреевич. – Сказал Волк. – Ладно, устраиваемся на ночлег. Дежурим по графику. Утро – вечера – мудренее.
На улице совсем стемнело, и наступила глухая, беззвёздная ночь, наполненная звуками и запахами…
Забрезжил рассвет. Обитатели старой церкви, превращённой в некое подобие гостиницы, спали тревожным сном. На строительных лесах мерно поскрипывали доски под ногами расхаживающего часового. Огонь на кострищах не погас, но значительно снизил яркость. В помещениях сохранялся полумрак. Картёжники спали вокруг уже слабо горевшей бочки. Возле притухшего костра в центре зала похрапывали любители бардовской песни. На улице прошлёпали шаги ещё одного часового, обходящего вокруг ветхого здания церкви. Сидящий «на часах «Ягуар внимательно прислушивался к доносящимся снаружи звукам. Временами он заглядывал в экран своего КПК. Биорадар показывал полтора десятка жёлтых контактов в пределах «Старой Церкви «и с десяток за её пределами. Среди последних была и красная точка, с подписью «Столяр». Этот сталкер, автоматически, стал врагом для всего «Буревестника». В очередной раз, опустив глаза на экран коммуникатора, Ягаур краем зрения вдруг уловил некое движение справа от себя. Повернув слегка голову, он увидел как из-за ящиков, на которых спал Грей, вытянулась рука в перчатке. Сделав вид, что он заснул сидя, Яр медленно потянул из ножен мачете. Воришка тем временем взял шлем Сироты и медленно потянул его к себе. Ягуар слегка повернулся всем телом и увидел, как охранник наверху целиться из ружья. Показав тому, большой палец и приложив ладонь ко рту, Яр приказал часовому молчать. Тот кивнул в знак согласия и опустил оружие. Воришка спрятал шлем в мешок и снова протянул руку, уже за вторым. Резко вскочив с места, Ягуар в один миг нанёс мачете не сильный рубящий удар по руке в металлизированной перчатке. Раздался жуткий матерный вопль, от которого все ошалело вскочили на ноги. Шеф-повар загрохотал на кухне посудой, которую зацепил ногой, вскакивая с места. Все любители петь под гитару с матами и проклятьями похватались за оружие. Обитатели ночлежки в одно мгновение плотно окружили десантников и извивающееся визжащее тело на полу. Все бойцы «Буревестника «оказались на ногах стоя спинами друг к другу и сжимая в руках пистолеты.
Сверху часовой направил в гущу собравшихся мощный луч фонаря и громко крикнул:
– Спакуха, ребята! Никому не стрелять! Это вор! Это именно та крыса, которая творила пакости и из-за которой погиб Мишка Соловей! Клянусь, это этот сучёнок тёрся тут у нас и творил подставы!!!
Среди общего гомона и криков пойманного с поличным, громогласно прозвучал голос шеф-повара:
– Макарыча сюда! Живо! Всем сохранять спокойствие! Щас разберёмся. Стоять по местам!
Ягуар привычным движением убрал мачете в ножны и, наклонившись к лежачему на полу парню, медленно, чеканя каждое слово, проговорил:
– Тебе, сволочь, повезло, что я изначально не хотел тебя убивать.
Тот перестал вопить и только затравленно озирался по сторонам. Яркий луч фонаря высветил перекошенное страхом лицо помощника повара. Побелевшие губы его тряслись, и он всё пытался что-то промямлить, протягивая свой вещмешок со шлемом. Все в один миг замолчали.
– Ну, ты ж и гнида, конченная! – Просипел низким голосом рослый детина в армейском бронежилете поверх осенней куртки.
– А я всё думаю, куда это ты, гадёныш, вечно сваливаешь поутру! – Грозно навис над поверженным шеф-повар.
– Эх, сучара, такого парня загубил, с дружками со своими, отмороженными. – Прошипел недавно бренчавший на гитаре коротышка, и вдруг неожиданно сильным ударом ноги выбил весь воздух из груди помощника повара. Тот захрипел, жадно хватая ртом воздух и раскинув руки. Из его вещмешка выкатился шлем «Сфера- 12 м».
– Повезло гаду, что перчатка на проволочной основе, да и удар не сильный был. – Проговорил стоящий рядом с Ягуаром мужик в полном прикиде лесного охотника.
– Сейчас придёт Макарыч, и мы многое узнаем от этого прохвоста. – Сказал другой сталкер в армейской плащ-палатке. – Он мужик суровый, но справедливый. Гори ты в аду, гнида! Тьфу, бля.
– НАкол, падлу. – Сказал кто-то зло.
– Этот ушлёпок месяц назад вертелся на базе чистонебовцев, пока там какой-то конфликт не случился. – Вспомнил долговязый парень в очках и смешном вязанном свитере. – Так он потом свалил под шухер, по-тихому. Мужики говорили, что в баре этот тип подсаживался к бродягам и под шумок скачивал инфу из коммуникаторов, с координатами нычек и схронов с хабаром. Хотя за лапу его тогда и не словили…
– А кое-кто потом даже пропадал… При не выясненных обстоятельствах…
– Так вот кто Мишку Соловья сдал с хабаром «Ренегатам». Эх – хэ – хэх, жалко парнишку было, совсем молоденький был, и двадцати не отстучало. Всё мамке на подарок на дорогой хотел накопить… Планы на будущее строил… В мореходку думал поступать…