Она это серьезно? Конечно, я и раньше думал об этом, но всегда считал, что до выставок не дорос. Многие фотографы делают хорошие снимки, но далеко не каждый создает подлинное искусство. Я себя к такого рода творцам никогда не относил и мне неловко слышать подобную похвалу. Тем более, от нее.
Вряд ли она ответит. До начала второго дня чемпионата остается всего пара часов.
– Ты где? Твой завтрак уже холодный! – кричит Лунара.
– Да иду я, иду.
Осматривая себя в зеркале, я жалею, что не взял с собой побольше одежды. Выгляжу так, будто выбежал из дома в чем пришлось: в поношенных джинсах и мятой футболке. Делать нечего: натягиваю на себя куртку, поправляю волосы и выхожу из квартиры вслед за Лунарой.
Добравшись до спортивного комплекса, мы в первую очередь заходим в магазин: Лу сразу направляется к игрушкам, а я останавливаюсь в отделе с цветами. Мне не посчастливилось родиться шибко умным, так что в моем представлении растения – это просто растения. Но вчерашний день немного расширил границы моего видения, и теперь каждый цветок на витрине кажется мне определенным символом, несущим в себе глубочайший смысл. Как среди этого разнообразия выбрать что-то одно, и при этом выразить именно то, что хотел бы сказать вслух?
– Вам помочь? – обращается ко мне девушка-консультант.
– Ну… да, наверное.
Я ищу в толпе Лунару, но нигде ее не вижу. Значит, мне и впрямь нужна помощь.
– Хотите подарить цветы кому-то конкретному?
Этот вопрос не застает меня врасплох, потому что я отлично знаю, для кого выбираю подарок. Но признаться об этом вслух кажется странным. Это не стеснительность, а скорее непонимание собственных чувств. Я восхищен ее катанием, артистизмом и природной грацией. Меня завораживает то, что она делает на льду: ее мимика, движения, игра взглядом и отношение к зрителю. Но ничуть не меньшую симпатию вызывают ее поведение и общение вне льда. Мне так понравилось с ней говорить, что я невольно надеюсь на еще одну беседу.
– Да, – киваю я. – Это для одной из фигуристок.
– Какие эмоции вы испытываете от ее выступлений?
– Я пока видел только одно.
– Иногда одного уже достаточно, чтобы все понять.
Я задумываюсь. Вспоминаю, как непроизвольно потянулся за фотоаппаратом, в бреду регулируя его настройки. Все произошло за какие-то жалкие секунды, но ощущения абсолютно непередаваемые и ни с чем не сравнимые. Это походило на полет в бесконечный космос. И, вернувшись, я хотел обратно.
– Воодушевление, – мне понадобилось время, чтобы подобрать подходящее слово. Своим искусством на льду она вдохновила на творчество и меня.
– М-м-м, – девушка прищуривается, осматривая окружающий ее мини-сад. – Точно!
Она убегает в один из рядов и возвращается с букетом белоснежных цветов с желтой сердцевиной. Они выглядят знакомо, но я не силен в названиях.
– Это…?
– Каллы, – она крутит передо мной букет, чтобы я как следует рассмотрел его со всех сторон. – В подтверждение своего восхищения их часто дарят любимым артистам на концертах и в театре. Они также символизируют уважение и возвышенность чувств.
– Думаю, подойдет, – неуверенно киваю я. Не знаю, стоит ли бросать их на лед или попробовать отыскать ее после выступления и вручить по-человечески. Хотя она может расценить этот жест как знак внимания. А это не совсем то, что мне хочется ей сказать. С другой стороны, это не так уж и плохо… Боже, я так с ума сойду!
– Ух ты! – восклицает подошедшая Лу. У нее в руках кот Басик в комбинезоне в виде панды.
– Выглядит мило, – комментирую я ее покупку.
– Спасибо. Мне нравятся каллы. Они для… – она наклоняется, чтобы ее не слышали, – для Дианы?
