Отправляя письмо, я уже понимаю, что никакой переписки между нами, скорее всего, не будет.
Наше вчерашнее знакомство придало ей сил. Но оно же ее и опустошило.
Когда людей объединяет чья-то смерть, ничего, кроме боли, их не ждет. И мы с ней прекрасно об этом знаем.
– Это очень плохо.
Вот что я слышу от своего куратора в день проверки портфолио.
– У тебя точно больше ничего нет? – с надеждой спрашивает он, даже не пытаясь скрыть разочарования. – Ну же, мне нужно всего несколько хороших снимков. Подумай. Может, посмотришь в своих архивах?
– Нечего там смотреть, – невозмутимо отвечаю я, желая поскорее покончить с этим.
– Прости, но с таким портфолио я не могу допустить тебя к следующему этапу курсов.
Отлично, думаю я про себя, но он продолжает.
– Даю тебе еще месяц.
– Что? – не могу поверить, что он это всерьез.
– Переведу тебя в другую группу, они будут демонстрировать свои портфолио ровно через месяц. Придешь вместе с ними, идет?
– Не идет. Вы же видите: у меня ничего не получается. Зачем тратить мое и ваше время?
– Я хочу и могу дать тебе еще один шанс. Твое дело – воспользоваться им или нет, – он прибирает все принесенные мной фотографии в папку. – Я сохраню это портфолио. Если не явишься через месяц, будем считать, что ты сдал провальную работу и твой курс окончен. Надеюсь, мы друг друга поняли?
– Вполне.
– Вот и хорошо, – он подзывает следующего фотографа, и мне приходится уйти.
Ноги моей здесь больше не будет. Пусть считает себя великодушным дарителем вторых шансов. Вот только они мне даром не нужны.
Вернувшись из поездки, я понял, что не готов делиться сделанными на соревнованиях кадрами. Это как безвозвратно отдать часть дорогих сердцу воспоминаний. Я оказался дома, вдали от мира фигурного катания, но благодаря этим снимкам он навсегда остался со мной. Как и Диана.
После того, как я отправил ей все до единой фотографии, мы списались только однажды.
