— Вероятнее всего, поток растворил их в себе, — шипя докладывала Камиширо. — Она вобрала в себя слишком много энергии.
— Я тоже видел эту воронку из сумрака и пронзающего его потока, — склонил голову Кью, понимая, что не смог уберечь Фэй. Считая это своей виной, как инструктора.
— Но Йен же как-то проник туда, — негодовал Командор, взглядом выискивая куда-то исчезнувшего Рена.
— Он его брат-близнец, они связаны, — вновь прошипела Камиширо и напряглась.
— Тори, что ты чувствуешь? — нахмурившись, заметил перемену в поведении Кью, загораясь надеждой, что ещё не всё потеряно.
— Ещё пока не знаю.
Девушка буквально исчезла в воздухе на глазах у всех. Командор недовольно поморщился, потому что не любил, когда Камиширо исчезала в сумраке. Обеспокоенные жильцы домов кучковались группами, перешёптываясь и показывая пальцем на трюк Тори. Сгустившуюся ночь, касались первые лучи света.
Рен бродил возле подъезда, чувствуя, как что-то зудело в голове. Как муха, которая мешала и вновь летела, несмотря на то, что её пытались прогнать. Наконец, зуд перерос в шевеление сознания.
— Только не говори, что ты живой, — с ухмылкой вслух заговорил Рен, зная, что Йен его всё равно услышит.
Рен чувствовал, как его основную личность покидали силы. Возможно, всему виной была астральная проекция, не подкреплённая физическим телом, в которое ему было сложно вернуться из-за его фактического отсутствия. В любом случае Рен решил действовать незамедлительно.
После недолгих и пространственных объяснений, в оцепленный подъезд вошёл Рен и Воншик. На этаже продолжали дежурить Макс и Рю, пристально следя за датчиками активности.
— Как дела? — похлопал ребят по плечу Кью. Они ждали приказа, чтобы произвести зачистку, сжав вакуум, словно целлофановый пакет.
— Пока также, — отозвался Рю и устало потёр глаза.
— Есть возможность войти внутрь? — вопрос был больше похож на насмешку, и оба патрульных посмотрели на Кью, как на ненормального.
— Думаешь, мы не пробовали?
— А мне можно? — вышел из-за спины Рен, широко улыбаясь.
— А он, что здесь делает?
— У меня раздвоение личности. Основная там, а я здесь. Надо соединиться, — пожимая плечами, пояснила субличность, чем ещё больше поставил патрульных в ступор.
— Он бредит? — поднял вверх брови Макс, считая это каким-то издевательством.
Воншик не хотел вмешиваться и что-то объяснять. Мужчина и сам до конца не мог понять, как Йен сумел оказаться в эпицентре событий: покинуть тело, создав астральную проекцию. Но факт оставался фактом, а его субличность неотлипаемым пластырем требовал вернуть хозяина тела.
— У них ментальная связь, — словно из ниоткуда появилась Камиширо, поравнявшись с Кью. — Он его субличность и точно может знать, что происходит там внутри.
— Когда ты стала такой разговорчивой? — недовольно поджал губы Кью, не припоминая, чтобы Тори любила вести какие-то беседы.
— В отличие от вас Фэй меня не испугалась.
Блуждая в сумраке, который когда-то по неосторожности оказался её домом, она видела всё происходящее своими глазами. Чувствовала боль и видела исходящий свет. Фэй оказалась единственным человеком, кто понял её сущность, и это не могло не подкупить молчаливую и отчуждённую всеми Камиширо.
— Тогда… — Макс жестом указал на дверь, даже в мыслях не представляя, как у Рена получиться туда войти.
Пожав плечами субличность Таррарака, подошёл к двери и дёрнул за ручку.
За Реном молча наблюдали остальные. В открывшемся дверном проёме была видна лишь туманная дымка, завеса, сквозь которую никак не могли пробраться патрульные.
К неожиданности для всех за дымкой показалась фигура. Патрульные напряглись, держась наготове. Рен уже хотел шагнуть вперёд, навстречу себе, но остановился.
— Где камера? — обернувшись, спрашивал он у Кью. — Не очень хочется соседствовать вновь с Пейтом. Бесит.
Воншик сообразил быстрее, чем остальные. Подхватив стоящий поодаль бокс, мужчина кивнул Максу и Рю приготовиться и замахнулся. Из проёма показалась изувеченная проекция Йена с обугленной частью лица. На руках он нёс Фэй. В секунду личности Таррарака соединились, а в освободившийся проём, Кью с силой запустил бокс.
— Давай!
Вспыхнул ослепительный голубой свет, который с писком сжимался вакуумом. Хлопок. И только пылинки разлетелись в стороны, оставляя лёгкие колебания и остатки белого света.