Слуга немедля ушел выполнять распоряжение. Сам же Иэрен отправился на названную террасу, чтобы вкусить послеполуденного чая бодрости.
Приносить послеполуденный чай входило в обязанности двух наложниц, которые через день сменяли друг друга. Долго Иэрен не прождал – как только он удобно устроился на мягком диване перед небольшим деревянным столиком, так сразу же дверь распахнулась, и на террасу ступила стройная блондинка, несущая небольшой поднос. Одета девушка была в довольно откровенный и почти полностью прозрачный лиф и набедренную повязку, полностью открывающую правую ногу, но прячущую под собой все самое сокровенное.
– Налить тебе сразу, хозяин? – с улыбкой поинтересовалась наложница, останавливаясь возле дивана и продолжая слегка покачивать бедрами.
– Поставь поднос, – велел Иэрен, – и иди ко мне.
Девушка с охотой подчинилась. Как только она оказалась между ног Иэрена, так сразу же он отвел в сторону набедренную повязку, чтобы посмотреть на гладко выбритый треугольник меж девичьих ног – кроме куска тонкой ткани, тот больше ничто не прятало от глаз Непобедимого.
– Ты знаешь, что делать, – коснулся он треугольника рукой и проник пальцев в уже влажное влагалище.
Наложница скинула повязку, оставаясь обнаженной ниже пояса. Потом и лиф постигла та же участь, а взору Иэрена предстала упругая грудь с розовыми сосками.
«Интересно, какого цвета соски у непокорной?» – мелькнула в голове мысль. Он видел ту практически обнаженной, но плохо что помнил. И сейчас ему захотелось увидеть ее снова. Он даже мог представить ее на месте этой наложницы, если чуточку напряжется. Но делать этого не стоило.
Наложница присела перед Иэреном и ловко высвободила из-под одежды пока еще довольно вялый член. За всеми ее действиями Иэрен наблюдал с ленцой, откинувшись на спинку дивана и широко расставив ноги. А тонкие пальчики наложницы уже вовсю ласкали головку члена, крепко обхватив ствол. Кровь приливала к плоти стремительно, и очень скоро та уже рвалась в бой. А когда наложница взяла член в рот, Иэрен невольно прикрыл глаза от наслаждения.
Принятие послеполуденного чая стало своеобразным ритуалом, который прочно вошел в жизнь дракона. Иногда он сочетал плотские утехи со вкусом напитка, но сегодня именно чаем ему хотелось насладиться в одиночестве.
Доведя Иэрена почти до точки кипения, наложница впустила его член в свое теплое и влажное лоно, мягко, но быстро насаживаясь на него. И очень скоро он излился в нее семенем, приглушенно застонав.
– Обмыть тебя, хозяин? – плавно соскользнула с него наложница и быстро облачилась в одежды.
– Не стоит, ступай, – отпустил ее Иэрен. – Чай я налью сам.
Все произошло так быстро, что чай не успел остыть. Но затягивать послеполуденные игры Иэрен никогда не любил. Их цель – заряд бодрости, а для всего остального есть ночи.
Иэрен не любил сладкое, разве что, самое изысканное. В его замке трудился специально обученный кондитер с востока. Он готовил для хозяина долины щербет, нугу и всякие другие кондитерские изыски с налетом востока и утонченности. Те неизменно подавали к чаю. И сегодня Иэрен отдал должное тающей во рту медовой пахлаве. В меру сладкой, но такой нежной, как женская плоть. И снова ему представилась неугодная наложница. Интересно, почему он вспоминает о ней в самые неподходящие моменты?
Дарол явился в тот момент, когда Иэрен допил вторую чашку чая.
– Хозяин? – склонился страж, стоя возле двери.
– Проходи, – указал ему Иэрен на диван с противоположной стороны стола.
С начальником стражи нужно обращаться подобающе – можно позволить тому сидеть в присутствии хозяина.
– Зачем ты сегодня посетил печальный овраг? – не стал ходить вокруг да около Иэрен. – И что тебе нужно от наложницы с мукомольни.
По лицу Дарола понял, что ожидал тот чего угодно, только не такого вопроса. Но хозяин зеленой долины знает все и обо всех – это непреложный факт. Так неужели свой интерес к наложнице Дарол намеревался скрыть? Тогда, это уже считается преступлением закона. Если кому-то из драконов приглянулась наложница хозяина долины, тот обязан испросить дозволения встречаться с ней. Хозяин вправе разрешить или запретить. Во втором случае, никто не смеет ослушаться его воли. За ослушание следует наказание. Дарол же изначально не поговорил с Иэреном. И это казалось подозрительным.
– Извини, хозяин, закрутился. Я и сам собирался говорить с тобой об этом… – заметно смутился Дарол.
– Долго же ты собираешься. А меж тем, ведешь речи с наложницей и показываешься ей обнаженным, – нахмурился Иэрен, вновь ощутив прилив недовольства.
– Могу ли я сейчас просить тебя о позволении видеться с ней? – со всей учтивостью испросил Дарол, склоняя голову.
– Для чего? Почему ты хочешь с ней видеться?
– Пришлась она мне по нраву. Тем более что она неугодная, – бросил Дарол на хозяина внимательный взгляд.
– Неугодная, – кивнул Иэрен, прочитав в глазах воина немой вопрос. Отвечать на него не собирался. Уж тем более не начальнику стражи. Его удел – рубежи долины, которые он должен ревностно охранять. Все остальное – за пределами его интересов и понимания.
