Особенно Асад с Ансером сблизились. Что меня больше всего радует. Не знаю, как Ансеру, но я по своему эльфу видела, что ему не хватает брата. Какими бы разными они ни были, эти узы двойняшек намного крепче и так просто не разрываются.
Асад за эту неделю тоже изменился. Стал более эмоциональным и открытым. Всё благодаря Ансеру. Хоть он и остался малоразговорчивым, но всё транслирует действиями. И бывает жёстким диктатором, что безумно заводит.
— Ты практически ничего не съела, — замечает минтакиец, светя васильковыми очами, смущает меня, поймав на разглядывании.
Не могу поверить, что сегодня моя свадьба с ним. С ними. С Регором и Максом. С Асадом и Марсом. Старкар с Ансером тоже участвуют, но они уже мои. И для них это лишь формальность, прихоть их взбалмошной жены.
— Знаете, — судорожно вздохнув, отрываюсь от глаз моего недоэльфа и обвожу взглядом наш большой и шумный стол. Мужчины замолкают, заинтересованно посматривая. Облизываю губы, остановившись на Регоре, — я безумно счастлива и благодарна вам. За то, что спасли, ворвались, нагло вторглись и, не слушая моих возражений, стали частью моей жизни. И я люблю вас. Всех.
— И нас? — тыкает в себя Фэрис, бровями играя. Его Ансер пихает. А я просто киваю и широко улыбаюсь.
Этих братьев моих женихов тоже полюбила. Как своих собственных братьев, коих у меня никогда не было. Их сложно не полюбить. Потому что они веселые, добрые, совершенно невоспитанные, но очаровательные в своей наглости, прямолинейности и бесшабашности.
— Ты тоже ничего так, — хмыкает зеленоглазый, подмигивая, и всё-таки получает подзатыльник от моего бандита-мужа. Очень уж Ансер ревнивый. Особенно к оставшимся братьям. А Фэрис с Атласом будто специально издеваются над ним.
— Ну всё! — басит здоровяк, поднимаясь. — Ты торт хотела.
Хихикнув, соглашаюсь с мужем. Быстро допиваю чуть остывший кофе, и мы летим в Вальдос.
В космопорте империи нас встречает целая делегация папарацци. Кружат дроны и фотографируют со всех ракурсов, навевая чувство дежавю. Ансер, не жалея чужую аппаратуру, ломает тех, кто подлетает к нам близко. Обнимает, пряча от чужих глаз. Я жмусь к нему и улыбаюсь. Просто вспоминаю, как он так же заботливо укрывал меня, хотя мы были друг для друга совершенно чужими.
— Высоты не боишься? — тихо спрашивает муж, отводя чуть в сторону к припаркованному аэрокару.
— Нет, а что? — удивлённо смотрю, не понимая, к чему был вопрос.
Ансер настраивает маршрут и, включив автопилот, отправляет наш транспорт в совершенно другую сторону. Меня же он подхватывает на руки, раскрывает обсидианово-чёрные крылья и, подпрыгнув, взмывает в небо. Дыхание перехватывает, теснее жмусь к мужу, привыкаю к полёту и наслаждаюсь головокружительными виражами.
В Вальдосе мы застреваем чуть дольше, чем планировалось, и на линкор возвращаемся слегка с опозданием. Две мастерицы красоты, что были привезены Регором, уже ждут меня в каюте. И, не дав даже пообедать, принимаются за дело. Решив поесть чуть позже, полностью отдаюсь в руки мастериц-визажистов.
Меня за эти три часа превратили просто в принцессу. И платье цвета слоновой кости, выбранное нами с Зоей, просто безупречное. Открытые плечи, глубокий V-образный вырез, лиф корсета дополнен сеточкой. Очень минималистично и эстетично, никаких лишних элементов. Длинная юбка с эффектом мерцания, будто вплетены серебристые нити, завершается роскошным шлейфом. И туфли-лодочки на шпильке превосходные.
Из ювелирных украшений — кольцо Макса — что-то старое. Нежная диадема, по форме напоминающая веточку с листьями и нежными цветочками, похожими на цветы сакуры, и висячие серёжки, — что-то новое, купленное на собственные деньги. Подвязка очень нежная, ажурная — что-то синее. И завершает образ что-то взятое взаймы — брошь Атласа.
Всё учтено. Никаких эксцессов за эти дни не случилось. Мы сами организовали торжество. Продумали всё до мелочей. Локацию, цветы, список гостей, вплоть до меню и повара, за которым полетел ещё с утра Асад. Даже благословение от родителей получили. По видеосвязи, правда. Но ведь получили.
Только я всё равно нервничаю. Очень. Кручу обручальное кольцо Макса, смотрю на собственное изменившееся отражение и волнуюсь. Будто что-то ужасное должно произойти. И зря мы вообще решили устроить торжество на линкоре. Это ведь так глупо, ну кто женится на боевом корабле?
Мне кажется это всё сном. Кажется, я просто нахожусь на челноке в гибернации. Лечу в свою новую обитель. А всё это лишь моё бурное подсознание с красочным сновидением. Сейчас всё закончится. Капсула издаст писк, и бодрый механический голос разбудит от этого великолепного сна. И мне почему-то очень страшно.
— Лан, мы прилетели! — в каюту врывается Зоя, вздрогнув, кошусь на неё. Подруга в пудровом платье и с двумя букетами сверкает белозубой улыбкой. Заметив моё побледневшее перекошенное лицо, подходит ближе. — Говори, что не так? Всё решу, на кого надо накричу, с кем нужно подерусь.
