Я теряюсь от его вопроса и не понимаю его подноготную.
– Это имеет значение?
Всё происходит слишком быстро. Он двигается так стремительно, неумолимо, что я вдруг оказываюсь прижатой к столешнице. Хищник развернул меня к себе, дернув за локоть, и смотрит сверху вниз. Изучает и приручает. Опускает тяжелые выдохи на мое лицо, которыми мне приходится дышать. Вбирать в себя и впускать глубоко— глубоко.
– Я плохо спала, – киваю, чтобы не разозлить его еще больше. – Мне всё казалось, что я никуда не сбежала и что я в его клубе… Но я нормально себя чувствую.
– Только дрожишь.
– Я боюсь вас.
Хищник следит за каждой эмоцией на моем лице. Я же непроизвольно выставляю локти, чтобы хоть как— то защититься и замечаю, что вонзилась ими прямо ему в грудь. Ему должно быть неприятно, он же ранен и почти не отдохнул, но он не трогает меня. Не дергает и не учит через силу быть послушной. Я сама разворачиваюсь и опускаю руки, чтобы не задеть его рану.
– Моя информация о Метисе стоит больше, чем он даст. Я слышала его разговоры, видела, с кем он встречался. У меня отличная память, я расскажу всё. Или вы можете показать мне фотографии, а я укажу на тех, кого видела с ним. Охранники, партнеры, поставщики. Я не дура и не наркоманка, я могу помочь.
Мои слова льются бесконечным потоком, я готова говорить и говорить, только чтобы он согласился. Дал мне шанс.
– Метис дает за тебя десять миллионов.
– Он звонил?
Хищник кивает.
Его взгляд соскальзывает на мои губы, которые я нервно закусываю.
– Много, – шепчу обреченно, не веря, что за меня предложили столь большие деньги. – Он хочет наказать меня, вот в чем дело. Он не пожалеет никаких денег, чтобы прибить предательницу.
Я киваю как заведенная.
– Меня убьют, – я запрокидываю голову и смотрю в глаза Хищника. – Вы получите десять миллионов за то, что отдадите меня на смерть. Причем не быструю, он слишком жесток для этого.
Хищник прожигает меня темным взглядом насквозь. Я не знала, что от взгляда мужчины может бросать в озноб и жар одновременно. Меня бьет, но я учусь скрывать свои эмоции рядом с ним. Учусь у него, потому что он разительно отличается от Метиса. Тот всегда показывал, что у него на уме. Когда он доволен, когда в бешенстве, когда я заслужила похвалу, а когда пощечину. Рядом с Метисом я всегда знала, что меня ждет. Он входил в номер или в зал клуба и я по одному взгляду в его сторону определяла, какой вечер меня ожидает.
А с Хищником не так. Я путаюсь, сомневаюсь, не знаю, за что зацепиться.
Быть с ним ласковой и послушной? Наоборот, показывать характер? Хотя это точно глупо. Как в моем положении можно показать зубки? Только нарываться.
– У тебя десять минут, – чеканит мужчина. – Поешь и иди к машине. Сядь на заднее и жди меня.
Он отворачивается к столу с оружием, показывая, что разговор окончен.
– Ты повезешь меня к нему? – бросаю вопрос ему в спину. – Ты все— таки согласился?
Черт, я же нарываюсь.
Как раз в этот момент.
– Зачем мне тогда слушать тебя, если ты везешь меня на смерть?!
Я срываюсь на крик, от которого становится противно.
– Господи, из этого грязного мира невозможно сбежать! – я кручусь на пятачке, не зная, что делать, в голову стучит мысль, что меня хотят отвезти к Метису, что я беспомощная и не могу распоряжаться даже своим телом, я ничего не могу, из меня снова делают вещь. – Я не могу так! Нет! Нет!
Он грубо запечатывает мне рот ладонью. Нажимает с силой и выкручивает, давая прочувствовать всю несправедливость природы. Он родился мужчиной, а я женщиной. Я всегда буду проигрывать ему физически, у меня нет ни шанса.
– Думать надо было раньше, – он вбивает слова в воздух с оттяжкой. – До того, как решила подставить меня. Пора понять, как этот грязный мир устроен.
Он удерживает меня на весу, обхватив руками и прижав к своему стальному телу. Я чувствую, как его пальцы сжимают мои губы, сдавливая нежную плоть, и как его размеренные выдохи спорят с моим хаотичным сбитым дыханием. В это мгновение легко убедиться, что я страшно просчиталась, когда связала с ним свой шанс спастись. Он же Хищник, это не просто фигура речи или крутая кличка… Это его суть. Он сломает меня и не заметит.
– Я не пойду в машину сама, – боюсь своих слов, но все равно произношу их. – Только силой. Я боюсь вас, но Метиса сильнее. Может, зря, но он делал мне очень больно…
Он не дает мне договорить. Рывком закидывает на плечо и направляется к двери, по пути сгребая со стола оружие. Я слышу, как он заряжает его, вставляя обойму до щелчка. Меня же хватает на пару рывков, слабых и неуверенных, я до последнего не хочу верить, что он несет меня в машину.
Но это так.
Я слышу, как скрипит дверца. Осмыслить ничего не выходить, через мгновение он закидывает меня в багажник и выставляет ладонь, одним отточенным движением показывая, чтобы я перестала сопротивляться. Он ловит мои глаза в свою ловушку, окуная в омут порабощающего взгляда, и делает так, что мгновение кажется мне вечностью.
– Хочешь быть связанной и с залепленным ртом?
– Нет, – выдыхаю.
– Мне тоже это не надо. Поэтому чтобы не звука.
