Он обвёл взглядом небольшую комнатку, которую освещала только настольная лампа и рухнул на диван. Виолетта – его бывшая жена, которая сбежала от Фила через полгода после свадьбы. Не выдержала той жизни, которой он жил. У него не бывает легко. Вообще, жизнь – штука сложная. Виолетта – бывшая проститутка. Они познакомились в одном борделе. Она отличалась от других шалав, душа в ней была не прогнившая, что ли. Фил выкупил её, отмыл, пригрел, а потом всё как-то закрутилось, и они расписались. Только вот семейная жизнь была недолгой. Она постоянно сидела дома, а он бизнес свой строил, по разборкам ездил и иногда домой приползал весь в крови. Виолетта быстро научилась штопать и помалкивать. Ну а потом как-то раз приехал домой, а её нет. Записку только оставила. Филатов был в бешенстве. Думал, с мужиком свалила от него. Думал, найдет, убьет обоих. А когда нашли, то не сразу понял, что происходит.
Она в деревню от него сбежала. Устроилась там училкой начальных классов. До борделя она в школе преподавала. И вот, сбежав от него, думала, что жизнь начнёт заново, и он её не найдет. Устала она от такой собачьей жизни. Фил её тогда не винил, понимал, что не каждая баба такое выдержит и оставил её в покое. Иногда только приезжает, помогает материально.
– Филатов, ты там уснул, что ли? Ужинать-то идёшь?
– Да.
Встав с дивана, он прошёл в небольшую кухоньку, в которой они вдвоём еле умещались.
– Так ты чего приехал-то?
– Соскучился.
Виолетта засмеялась. Ему всегда нравился её смех, лёгкий и непринуждённый.
– Насмешил, конечно. А если серьёзно? Потрахаться, что ли, захотелось?
– И это тоже. Звягинцева знаешь такого?
– А кто его не знает! Наша точка под ним ходила. Он крышей нашей был. Отвратительный тип. А чего?
– Да так, сцепился с ним вчера. – Виолетта обеспокоенно посмотрела.
– Фил, ты бы не связывался с ним.
– Он сам пришёл. Девчонку одну хотел забрать.
– Какую ещё девчонку?
– Да работает там у меня одна. Не дала она ему. Вот он теперь и охотится за ней.
– Бедная девка! Попала она.
– Ладно, ты расскажи, как сама? Давно у тебя не был.
– Пока ты не приехал, было всё прекрасно. Началась новая учебная четверть, вот я со своими обалдуями и мучаюсь. – Девушка рассмеялась. Сколько он не знал Виолетту, она всегда любила детей. Когда Дашка Беркутова жива была, они постоянно с ней по магазинам детским ходили, выбирали всякие распашонки, и Виолетта часами могла с сыном Беркута сидеть. Дар у неё с детьми общий язык находить.
Фил смотрел на девушку, которая, живя в своей глуши, похорошела и даже помолодела на несколько лет. Её глаза светились счастьем, когда она рассказывала о своей работе. Ей нравилось это затворничество вдали от города. Виолетта – одна из немногих, кому он мог доверять и с кем ему было хорошо. Пусть он и не считал её своим домом, но ему с ней было спокойно.
Звягинцев
Высокий крупный мужчина с серьёзной физиономией вышел из своего припаркованного на служебной стоянке BMW и пошёл в сторону дверей здания. Под крышей у урн скопилось несколько людей в форме, которые о чём-то рьяно беседуя, курили. Увидев мужчину, шагавшего в их сторону, они выпрямились, и кто-то даже затушил сигарету.
– Доброе утро, Альберт Владимирович! – хором прокричали они.
– Доброе! – поприветствовал Альберт своих подчинённых и вошёл в серое обшарпанное здание.
Пройдя через небольшой холл, он подошёл к окошку дежурного и, небрежно подперев плечом стену, стал осматривать сидящих в клетке гостей.
– Как ночь прошла? – обратился он к дежурному.
– Ой, доброе утро, Альберт Владимирович! Да всё вроде спокойно. Пару шлюх пэпсы притащили и одного дебошира. Ларёк хотел обокрасть, залез в окно и застрял там. Парни еле вытащили его оттуда! – засмеялся молодой парень, а Альберт ещё раз взглянул на клетку, обведя взглядом шлюх. Все лица знакомые, их уже не первый раз привозили.
– Альберт Владимирович, вас Соловьёв в комнате допросов дожидается.
– А что ему нужно с утра пораньше?
– Не могу знать. Злой он какой-то. Прибежал, начал орать на всё отделение. Говорит Звягинцев где? А я ему и сказал, что, мол, вы ещё не пришли.
– Ладно, разберёмся.
Звягинцев взял ключи от своего кабинета и пошёл в комнату допросов. И что Соловьёву понадобилось с самого утра? Опять настроение испортит. А так утро хорошо начиналось, и даже бывшая жена не звонила. Наверное, опять улетела куда-нибудь на Мальдивы со своим адвокатишкой.
Звягинцев быстрым шагом дошёл до комнаты допросов и открыл её. Там он увидел сидящего за столом Соловьёва, который о чём-то разговаривал с начальником отдела.
– Дмитрий Васильевич, вы просили зайти? – с Громовым, начальником отдела, Звягинцев даже не поздоровался. Начальник отдела и начальник криминальной полиции сразу же невзлюбили друг друга. А Громов всё никак не добьётся, чтобы Звягинцев под него прогнулся. Только вот Альберт знает, что за мудак этот Громов, да и тем более, не привык он прогибаться под кого-либо. Другое дело, генерал.
– Выйди, нам поговорить нужно, – обратился Соловьёв к Громову и тот, скрипя от злости зубами, покинул комнату допросов.
