Дело, конечно же, оказалось исключительной важности. И хотя мест у нет, но явиться было необходимо через день в 9 утра. В положенное время на пороге вымытого до блеска, казалось, что даже отполированного снаружи домика ее встретила цветущего вида пожилая дама. Она деловито проводила в комнату, прикрутила жалюзи. В мгновение пространство наполнилось полумраком. В нем подрагивало пламя зажженных свечей, вспыхивали отблески на стеклянных шарах и статуэтках, где-то вдалеке фоном звучала неопределенная мелодия.
– Ну что, милая, вижу я, что у тебя проблемы со здоровьем. По женской части-то давно проверялась?
– Да нет, тут все хорошо. Недавно смотрела, а вот спина беспокоит.
– Нервы это все. Ты не беспокойся. С мужем же все хорошо?
– Кажется…
Гадалка выжидательно смотрела на Анну. И та вдруг стала ей рассказывать ей о себе – о годах до и после, как было там, потом случился переезд, появились дети. О чем мечталось, что хотела она найти, и что оказалось недостижимой мечтой.
Бабушка периодически кивала головой и добавляла – все знаю, все понимаю.
Слова лились из Анны одно за другим. Воспоминания, образы, мысли опережали друг друга. Под конец она, уставшая и с чувством приятной пустоты, замолчала.
– А теперь слушай меня. Вот тебе травы. – Бабушка вручила ей туго набитый и терпко пахнущий холщовый мешочек. – Вечером завари в стакане, а когда увидишь, как зажглась первая звезда, скажи слова – я тебе их запишу, чтобы точно не забыла, – и выпей отвар. И все у тебя получится. Вижу у тебя скоро еще один ребеночек родится, с мужем все дурное пройдет и да… Работу поменяешь, будешь сама себе хозяйкой… Все тебя слушаться будут. А теперь иди, скоро ко мне люди придут, им тоже помочь надо.
Анна отблагодарила ее положенной по таксе купюрой и вышла на улицу. Стыд за доверчивость, сомнения и смутное чувство надежды терзали ее.
Анна поставила чашку с гущей и села за ноутбук. Бесцельно пролистывала она страницы соцсетей, чужие жизни, фотографии. Уже как дня три писал ей один мужчина. То ли бывший коллега, то ли любитель обзавестись интернет-поклонницами и распушить перед ними все свое виртуальное оперение.
Скучно. Детей давно уже не слышно, они довольные бегают по задворкам городка, им в глаза светит солнце, мешаются мухи – обычный весенний день. Одно и то же…
Привет! – Написала она в ответ на его многочисленные подмигивания.
Его звали Алексей. Остроумен, интересен, он пространно рассказывал ей о фильмах, музыке. Отчитывался о своих полетах фантазии, о том, в какие дали уводило его воображения и какие великие идеи рождались во время самых обычных прогулок по ночному городу. И хотя работал он в фирме, никак не связанной с миром высокого, но в душе был художником, что выражалось в его страсти к фотографии.
Все чаще он в своих длинных рассказах мог мимоходом упомянуть, как понимает она его трепетную душу, как вечером они могли бы смотреть на звезды и придумывать, на какой из них они бы жили долго и счастливо. Он все чаще повторял, что думает о ней, а Анна все чаще отвечала своему полувоображаемому романтическому объекту.
– Алексей, я смотрела на звезды, наши южные звезды, они такие яркие и напоминают о моей старой жизни. Когда-то я шла домой по бульвару, и он весь сиял и мерцал как они… Может однажды мы сможем полюбоваться на эти огни, на ночные силуэты домов и деревьев вместе.
Муж видел другую Анну, увлеченную и какую-то чужую, но причины таких перемен оставались ему непонятны, да и не хотел он вдаваться в женские дебри. В магазине дела шли лучше. Она смогла создать там маленький мирок, преобразив все так, что ее клиентки, зайдя внутрь, задерживались на час-два: обсудить новости, выпить кофе и уйти, чтобы снова вернуться и погрузиться в атмосферу чародейства, к которому Анна прибегала теперь, перекладывая, подбирая и примеряя на очередную посетительницу свой товар.
Однажды Алексей объявил, что надумывает в ближайшее время лететь в ее края по делам. И было бы невероятно и просто чудесно увидеться и гулять вместе по улицам, разговаривать, вместе молчать, смотреть друг друга в глаза. Неприятное смутное чувство подкатило к горлу, но Анна тут же запила его глотком кофе.
– Я возьму отгул. Попрошу подругу. Она меня подменит, и я приеду.
Всю дорогу в автобусе она вспоминала его фотографии, его длинные витиеватые фразы, вперемежку с самыми обыденными замечаниями и жалобами. Но это ей казалось таким трогательными и милым.
Ждала она его у фонтана в парке не менее получаса.
– Здравствуй, это тебе, – он протянул ей одинокую розу. – Веди меня – я плохо знаю город.
– Я тоже не очень хорошо. Редко бываю здесь.
– Тогда мы вместе сможем изучить его.
Прошло еще полчаса. Анна не успела утром даже позавтракать и теперь давила в себе чувство тошноты и ощущение, что тело ее как-то слишком грациозно покачивается. А он целеустремленно шагал вперед, с интересом поглядывая по сторонам.
Строения были отмечены явными следами времени, неустроенности и разномастности жизни.
– Да, сразу видно, как здесь люди живут. У нас хотя бы…
Анну неприятно кольнуло
