Первоуральск встретил Полину мощным снегопадом и пронизывающим насквозь ветром. Ещё не остывшая любовь пока ещё грела и первые десять минут она стоически переносила все тяготы зимней непогоды, стоя у мигом опустевшего автобуса прямо на платформе прибытия № 4, где её должен был встречать Олег. Однако к ней никто так и не подошёл. Ни через пять минут, ни через десять… А уже через полчаса в здание автовокзала зашла самая настоящая обледеневшая и состоявшая из одного снега сосулька по имени Полина. Купленный в буфете кофе помог мало и лишь вторая порция напитка смогла наконец начать долгий процесс оттаивания. Телефон Олега упорно молчал и наслушавшись вдоволь длинных гудков ей ничего не оставалось как прекратить эти бессмысленные телодвижения. Всё вокруг было чужим: куда-то спешили вечно опаздывающие пассажиры, а также провожающие, встречающие и просто зеваки, вперемешку с лицами без определённого места жительства. Вся эта компания создавала такой шум и гвалт, что впору было затыкать уши. И глядя на весь этот хаос Полине становилось мягко говоря нехорошо. С трудом заняв пустое место в зале ожидания, она с добрый час приходила в себя, пытаясь собрать разбежавшиеся вдруг мысли. Получалась совсем нелицеприятная картина ибо в этом городе кроме Олега, если его конечно так звали на самом деле и не было никого. А искать человека лишь по номеру телефона просто нереально. Да и незачем. Вздохнув, Полина побрела к кассам: впереди предстояла безрадостная дорога домой. Город, вместо весьма симпатичного лица показал ей совсем другое место. Ближайший автобус был лишь через пять часов и купив на него билет она решила пробежаться по близлежащим магазинам. Когда ещё в Первоуральск попадёт? Погода наконец, смилостивилась к своей гостье и с трудом открывая тяжеленную дверь Полина даже зажмурилась от неизвестно откуда взявшегося солнца. Немного потоптавшись у входа, она пристроилась к вышедшей из какого-то автобуса толпе, разумно предположив что та куда-нибудь да приведёт. Привычка проживания в провинции с её неторопливым, даже можно сказать вялым течением жизни, не позволяла ей часто вращать головой по сторонам, поэтому она и испугаться то не успела, когда какой-то автомобиль, натужно взвизгнув тормозами, мягко боднул её в бок. Полёт в огромный сугроб приятным никак не назовёшь и едва успев подняться на ноги, Полина выдала все матерные слова которые знала. Знала она правда их не очень и много, поэтому ругательства закончились быстро. Подняв голову чтобы стряхнуть с себя снег, Полина застыла от неожиданности, увидев перед собой солидного мужчину в дублёнке.
Автобус в Спасск поехал без неё, а в ближайшем кафе стало на два посетителя больше.
А дальше в общем-то всё было как обычно: обзорная прогулка по городу, первые робкие поцелуи и первый секс. Домой она попала лишь через неделю и то: вещи забрать. Город, показывавший ещё относительно недавно своё заднее место, медленно поворачивался к ней лицом вперёд, открывая свои прелести неспешно и ненавязчиво. Первое время было ой как нелегко. Иногда даже казалось что и не привыкнет никогда к бешеному ритму большого города, по жилам которого течёт нескончаемый поток людей и машин. Но человек такая скотина, что привыкает ко всему. Вот и она, как-то незаметно и привыкла к нему: к его широким улочкам, загазованному воздуху и пробками, ставшими не так давно бесспорным атрибутом истинного мегаполиса. А уже через несколько месяцев то и дело искренне недоумевала: как вообще жила в этом забытом властями и Богом Спасске, который нынче называла не иначе чем» большая деревня». А интересно всё же где находятся эти самые Нижние Апатиты? Этот вопрос её терзал давно и даже покупка атласа помогла мало.
Заканчивалась уже вторая подряд песня и пытаясь прогнать, стряхнуть с себя волну, неизвестно с какого перепугу, нахлынувших воспоминаний Полина бросила взгляд на работающего по соседству звукорежиссера Александра Николаевича. В принципе, какой он Николаевич? Ну бороду отрастил как у чеченского террориста и что дальше? Про себя она его просто называла Саша, хотя попробовав лишь один раз так назвать его вслух, как получила резкий, моральный втык: что это работа и вообще так не принято. Этика и всякое такое. Сразу видно что долговязый бородач о себе ну очень высокого мнения и к панибратству он относится не очень. Да ему видно всё не очень, кроме своей техники. Дали бы волю – женился бы на ней. На своей аппаратуре. Даром что ли, женского рода? Интересно, а девушка у него есть?
Почувствовав что его обсуждают, звукорежиссер поднял вдруг вверх свою косматую голову, давая знак что пора выходить в эфир. Глубоко втянув в себя воздух, Полина включила микрофон, пытаясь придать своему голосу как можно больше задора и оптимизма:
