– Да ничего, до свидания.
Мы вышли на улицу. Недалеко от входа стоял огромный джип. Адвокат жестом пригласил внутрь. Толик, радостно улыбаясь, похлопал меня по плечу.
– Привет, арестантка!
– Ну как? – обратился он к адвокату.
– Как всегда, – пожал тот плечами, – нарушили все, что можно нарушить. Даже не интересно.
– Ну, понятно, – отозвался Толик, заводя мотор, – думали запресовать и признанку выбить. Им, главное, с рук сбыть поскорее, а там пусть в суде разбираются.
– Но ведь все равно на доследование вернут, – покачал головой адвокат. – Прямо дети малые, ей богу.
Пока мы отвозили адвоката, Вилька поведала историю моего невероятного освобождения. Узнав от Иваныча о случившемся, Вилька не придумала ничего лучше, чем позвонить Толику. Дальше все просто. Они приехали, и вот я на свободе.
А иначе сидела бы сейчас в камере среди уголовниц и бомжих, бр-р…Меня передернуло и тут же зазнобило.
– Ты чего? – встревожилась Вилька.
– Температура у меня.
– Это от нервов.
– Это от ночных прогулок, – ответила я и рассказала про похищение.
– Ужас! Толик, ты слышишь, что твориться? Совсем житья от вашего брата не стало, – Вилька толкнула его в плечо.
– А номер запомнила? – хмуро отозвался Толик, который, вообще, всегда болезненно реагировал на Вилькины подковырки. – Я узнаю, кто такие.
Он высадил нас возле Вилькиного дома и уехал. А Вилька, едва переступив порог, принялась меня лечить. Поставила градусник, дала аспирину, напоила чаем с лимоном и уложила в кровать.
– Отдыхай, все равно ты теперь без работы.
– И без зарплаты, – отозвалась я.
– Да ладно, проживем как-нибудь. Главное, жива здорова, а остальное ерунда.
Глава 6
Глава 6
Вилькины старания не прошли даром – к утру я вполне оправилась от хворобы, и подружка, успокоенная, умчалась на работу. А я осталась думать о превратностях судьбы, грустить и потихоньку собираться на свидание со следователем, ждавшем меня к трем часам дня. Из окна высотки, продуваемой всеми ветрами, открывался великолепный вид на залив. Эту квартирку купила Екатерина Альбертовна (а скорее всего Ван) два года назад в новом квартале, построенном китайскими товарищами. Вилька усмехалась и говорила, что дареному коню в зубы не смотрят, но я знала, что квартира ей нравится. И к тому же, теперь мы жили буквально в получасе езды друг от друга.
В назначенное время я сидела перед дверью в нужный мне кабинет. Андрея Михайловича, как подменили. Нет, любезностями он не сыпал, но был вполне корректен.
– Как ваше здоровье? – поинтересовался он.
– Спасибо, хорошо, – удивилась я. Что-то вчера его мое здоровье не очень волновало. Да бог с ним.
– Ваше счастье, что эксперты установили точное время смерти Николаева, – вздохнул Андрей Михайлович, как мне показалось с сожалением. – Он умер приблизительно в восемь, восемь тридцать. В это время вы как раз были в садоводстве. – Я кивнула головой. Именно в это время. – Это, конечно, снимает с вас подозрение в убийстве, но остаются еще деньги, найденные в вашей квартире и следы краски на полу. Понимаете, о чем я?
– В общем-то, не совсем, – пожала я плечами. – То есть вы хотите сказать, что я деньги из сейфа взяла? Но как бы я успела? Если я была в офисе в восемь вечера, то не могла оказаться в садоводстве и уж тем более, не могла наследить краской.
«К тому же к утру, краска подсохла и не могла оставить таких сильных следов, а утром Николаев был уже мертв и сейф пуст», – подумала я про себя.
– Возможно, краска на полу и деньги не имеют друг к другу никакого отношения, - покачал головой Андрей Михайлович. – Я сделала удивленные глаза. А он помолчал и пояснил: – Размер обуви не совпадает с вашими ботинками. Там явно сорок четвертый размер.
– А может как раз, и имеют! – осенило меня. – Я вам рассказывала, как я пряталась в недостроенном доме – так вот один из бандитов, как раз в краску и вляпался. Ругался очень. Вы же не думаете, что убийство Сергея Петровича и мое похищение не связаны между собой?
– А вы, думаете, связаны? – скривился Сушицкий.
– Ежу понятно! Вы бы проверили машину этих ребят, может, что и прояснится.
– Вы что номер запомнили? – воскликнул он.
– Ну, конечно, – удивилась я. – Еще бы я не запомнила…
– А чего вчера… – начала было он, но осекся.
– Да ну вчера, – махнула я рукой, – вчера я бы номер и своей машины не вспомнила. У меня температура, знаете, какая была?
– Ну да, ну да… – пробормотал Андрей Михайлович. Сегодня он был на удивление тих и почему-то не вызывал такого сильного раздражения, как вчера. Может потому, что снял свои попсовые золотые очечки, а может потому, что не крутил у меня перед носом своим стильным Паркером. – Ладно, – сказал он, наконец, закончив писать протокол, – прочитайте, распишитесь.
– И все? А подписка?
– А что подписка? Она пока остается в силе, – усмехнулся он. – А вы, что куда-то собираетесь ехать?
– Да нет, – пожала я плечами, – просто как-то неуютно себя чувствую, будучи под подозрением.
– А подозрений пока никто и не снимал, – обнадежил Андрей Михайлович. – Вы знаете, что дело на контроле в УБЭП?
