- Чтобы усыпить животное, совсем необязательно понимать, как оно стало бешеным, - продолжает Джада. - С тобой поступят в соответствии с ситуацией.
- Удачи, - невозмутимо говорю я.
Моя внутренняя копия упрямо молчит. И я знаю почему. Хочет посмотреть, что я предприму. Ничего. Большое и жирное. Ей придется самой защищать себя, предложив мне что-то безвозмездно.
«Блефуешь МакКайла, - шепчет она. - Придумай что-нибудь поубедительней. Ты никогда не позволишь им запереть тебя, и ты прекрасно знаешь это.»
«А ты никогда не позволишь запереть нас, - безмолвно возражаю я. - Я не стану убивать этих людей. Дай мне кровавые руны. Я использую их против других, не против тебя. Клянусь.»
«Ты убьешь каждого и уничтожишь все вокруг ради того, чтобы выжить. Так ты устроена. Уж я-то знаю. Я твой создатель.»
Я лихорадочно начинаю декламировать стихи:
«И сидит, сидит зловещий, Ворон чёрный, Ворон вещий,
С бюста бледного Паллады не умчится никуда...»
- Посмотри вокруг. Ты не можешь контролировать даже одну Книгу. Как ты собираешься управиться с двумя, - говорит Риодан.
Джада, или Дэни, невозмутимо отвечает:
- Тому, кто хочет получить ответы, стоит поучиться с правильной интонацией задавать вопросы.
Риодан смеется.
- О, Дэни, а вот и ты. Убегай. Тебе всё равно не спрятаться.
- Если под этим ты подразумеваешь, что эта Дэни, к которой ты ошибочно и без устали взываешь, так же указывала на твое умышленное пренебрежение интонацией, как тактическим приёмом преднамеренного ненавязчивого принуждения, то из этого следует логический вывод, что несколько женщин считают твои методы недейственными, - выдает она.
Если бы Джада не угрожала мне, то могла бы за эти слова даже понравится. Мне нужно бежать, но я застряла на этих каналах с фильмами-катастрофами. Я пытаюсь понять, может ли Джада быть Дэни, безуспешно пытаясь заглушить внутреннего демона. Он терзает меня, пугает, утверждает, что меня лишат свободы, и никому до этого не будет дела. Никто меня не спасет.
Бэрронс не допустит этого.
«Бэрронс стер твои воспоминания, - напоминает Синсар Дабх. - Он продажный до мозга своих массивных костей. И ты не исключение для его корыстолюбия. Для него нет исключений.»
- Ты подписала контракт, который я храню в офисе, - говорит Риодан Джаде. - Заходи, и я покажу его тебе.
- Я ничего не подписывала. А если бы и подписала, то клятва, данная по принуждению, теряет силу, когда принуждаемый становится сильнее принуждающего. В этой комнате нет никого сильнее меня.
- Святые клубнички, Дэни, мы вляпались в джем, - мягко произносит Риодан.
Я смотрю на него так, словно он отрастил себе вторую голову. Святые клубнички? Джем? Даже Бэрронс выглядит озадаченным.
- Но не переживай, - продолжает он. - Святая бесценная коллекция этрусских ленточек - кстати, тут ты загнула - я тебя вычислил. А как тебе это: святой книжный червь, айда в библиотеку, - Джада едва различимо щурится. - Ах, но этого я не должен был слышать, не так ли. Разве что я был там, а ты об этом не знала. Я всегда был рядом, Дэни. И я знаю, что с тобой. Мы это исправим.
- Меня зовут Джада. И со мной все в порядке. Я превосходна во всех смыслах.
Сейчас она говорит, как Дэни.
- Я пробовал на вкус твою кровь. Я знаю твою чертову душу. Я чуял тебя в Честере и учуял сегодня.
- Как и у тебя, у меня нет души. Как и ты, я тщательно взвешиваю «плюсы» и «минусы». И ты в «минусе». И в отличие от тебя, я не сижу за столом, перекладывая бумажки.
- Говоришь так, словно знаешь меня.
- Наслышана. Пробуя чью-то кровь против его воли, будь готов, что этот человек убьет тебя за это.
- Ну так давай, Дэни.
- Джада.
- Думаешь, так ты защитишь себя. Думаешь, ничего не чувствуешь.
- Я взвешиваю. Потом я либо убиваю. Либо вознаграждаю. Я эффективна.
- А раньше ты была эффектна. Ты была легендой.
- Я до сих пор легенда, - холодно отвечает она.
- Дэни - легенда, - отвечает Риодан. - Не ты.
- Кажется, эта Дэни важна для тебя.
- Всегда.
- Ты выбирал забавные способы, чтобы продемонстрировать это.
- Откуда тебе знать.
- Наслышана.
- Наслышана она, чёрт возьми. Я знаю, кто ты. Видел тебя, когда Дэни было десять. Джада. И ты меня видела. Мы боролись той ночью. Я отбил ее у тебя тогда и сделаю это снова. Я видел тебя еще несколько раз. Женское тело, в котором ты находишься, принадлежит Дэни. Ты не имеешь права быть здесь.
Недоуменно смотрю на Риодана. Что он хочет этим сказать? Неужели Дэни не просто вернулась, повзрослев, а еще и стала кем-то другим? Этому есть определение... Я роюсь в памяти в поисках остатков знаний начального уровня психологии, которую изучала... Ага! Диссоциативное расстройство. Он хочет сказать, что у неё раздвоение личности? И что он знал об этом? Не может быть. Я бы заметила. Ведь так?
Джада переводит свой изумрудный взгляд на меня.
- Это она не имеет права здесь быть. Нелогично держать в заточении одну Синсар Дабх, а другой позволять разгуливать по Дублину. Мы то, что мы есть, не зависимо от оболочки.
- О, не тебе об этом говорить, - вскидываюсь я. - Дэни.
- Я. Джада.
- Кем бы ты не была, мать твою, - рычит Бэрронс, - к Мак ты не притронешься.
