- Эх, ты, по какой цели промазал!..
Я не успел и рта открыть. За меня ответила торпеда. Она угодила в самый центр транспорта. Грохот ее взрыва разнесся далеко по рейду, столб огня, дыма и воды поднялся к темному небу, как огромный гейзер. Пламя мгновенно охватило палубу и надстройки судна, а затем последовал новый взрыв.
Как выяснилось позднее, мы торпедировали транспорт с авиационным бензином, предназначенным для самолетов, стоявших на Херсонесском аэродроме без горючего. Они, кстати, так и остались на месте, а на следующий день были захвачены нашими войсками, занявшими херсонесский мыс.
- Молодчина, Черцов! - воскликнул обрадованный командир группы. - Извини, друг, что погорячился. На отходе, когда наша "девятка" вместе с катером Опушнева шла к морским охотникам, встретилась группа фашистских кораблей, спешивших к Херсонесу. Катера охранения на полном ходу проскочили мимо, не заметив нас. Они торопились на помощь горевшему транспорту. Опушнев и я торпедировали две баржи. Обе торпеды почти одновременно достигли цели, и два взрыва возвестили о том, что еще два судна, которых ожидали фашисты для своего спасения, пошли на дно.
Не считая нескольких пробоин в корпусах катеров, мы благополучно вернулись к ожидавшим нас морским охотникам. Тут же находился и Келин.
Я взглянул, на часы, было четыре часа ночи. Луна зашла. Над морем повеяло утренней прохладой. Видимость ухудшилась. У Келина оставалось еще две торпеды.
Мы и не знали, что в эти самые минуты в Севастополе закончился бой и враг капитулировал. Командир решил использовать торпеды Келина и приказал, не отрываясь далеко от мыса Фиолент, продолжить поиск кораблей противника.
Вскоре из темноты до нас донесся шум двигателей большого судна. Погорлюк приказал Келину атаковать его, а мне ложной атакой отвлечь огонь противника с другой стороны. Но скорость не позволила нам это сделать. Корабль на большом расстоянии проскочил мимо. Потом мы узнали, что его потопили другие наши катера.
Рассвело. У мыса Ай-Тодор увидели катера, идущие нам навстречу. Мы удивились. Наступал день. Куда же они идут? Ближе всех от нас шел катер Кананадзе. Мы застопорили моторы, попросили Сандро подойти к нам. Он первым перепрыгнул к нам на борт и с сияющим лицом крепко обнял каждого из нас.
- С победой, друзья! Враг капитулировал, война в Крыму окончена.
- А вы куда же?..
- Подбирать плавающих в море немецких солдат.
В базе нас встретили радостно. Наши залпы слились с залпами в честь победы в Крыму.
...Вскоре мы пришли в Севастополь. Я получил новый катер и на нем принимал участие в освобождении румынского и болгарского народов от фашистского ига. Мы высаживали десанты в порты Сулии, Констанцу, Варну, вели бои на Дунае, а закончив войну, с победой возвратились в родной Севастополь.
Севастополь - овеянный славой город-герой!.. В нем каждый камень, каждый клочок земли омыт кровью мужественных советских воинов, оборонявших его в 1941-1942 годах и освобождавших от фашистских захватчиков в 1944 году.
Наш народ свято чтит память героев, погибших за Севастополь.
После Великой Отечественной войны в Севастополе увековечена память и моряков торпедных катеров, сражавшихся на Черном море и павших смертью храбрых в боях за Родину. На берегу Карантинной бухты, над братской могилой героев-катерников, сооружен замечательный памятник: на белой мраморной плите, изображающей вспененные морские волны, высится боевой торпедный катер, один из тех, на которых сражались наши погибшие товарищи. Он устремлен к морю, на палубе ощетинились пулеметы, а в антенных проводах поет свою вольную песню черноморский ветер.
