В огненном плену полностью

Когда туман расступится перед лицом ее врага, женщина не будет ведать жалости.

Мир никогда ее не жалел.

— Кто я? — требовательно спрашивает блондинка, стоящая на коленях у меня между ног.

А я так, мать ее, хочу разрядиться, что у меня сводит зубы.

Я знаю, какой ответ она желает услышать. Блондинка желает, чтобы я назвал ее госпожой. Вроде бы она тут доминирует. Она уже дважды пыталась заставить меня это сказать, исподволь считая, что я этого не замечу из-за реально офигительных вещей, которые она вытворяет с помощью губ, языка и безупречного скольжения зубов. Мало кто из женщин способен этому научиться.

Зря она тратит время. Этого не будет. Из меня не выдавить ни капли покорности. Я альфа-самец до чертова мозга костей.

Я отстраняю голову блондинки от своего паха и широко ей улыбаюсь. Горячие страстные блондинки в «Честерсе» идут по пятачку за пучок. Беспорядки на прошлый Хеллоуин проредили Дублин, убойный мороз на некоторое время запер город, но все быстро восстанавливается. Люди хлынули сюда, обживают оба берега реки Лиффи; их привлекают оттепель, восстановленное энергоснабжение, продуктовые запасы, но большей частью — бесконечный парад сексуально ненасытных Фей, которыми недели напролет забиты бары и танцполы на 939 Ревемал-стрит. Здесь Феи ищут любовников-людей. Самый жаркий, самый опасный ночной клуб Дублина сейчас больше, лучше и опасней, чем когда-либо: «Честерс» у нас Грех-Централ. Тут найдется все, что только можно пожелать.

— Ты не настолько хороша, милая, — улыбаюсь я блондинке.

Мой комментарий гарантированно спровоцирует один из двух вариантов: либо она встанет и обиженно уйдет, либо ее ласки станут еще круче.

Судя по ее уверенности — и голодному взгляду, которым она наблюдала за мной весь вечер, — она не уйдет.

Блондинка смеется и пробегает язычком по губам, и без того влажным, блестящим от слюны. Я опираюсь на стол Ри, раз уж тот на несколько часов отправился на какое-то собрание, и ожидаю ее вдохновленного выступления, рассматривая блондинку и клуб под стеклянным полом. Я люблю жизнь. И буду счастлив, пока по земле ходят женщины. Но если они когда-нибудь вымрут, мне конец. Тогда я отправлюсь искать К’Врака.

Блондинка прикасается ко мне, смыкает губы и… делает какое-то странное кружащее движение, а затем отстраняется.

Я чуть не падаю.

Она просто нереально хороша.

Ее руки на моих ягодицах, а сам я — чертов вулкан, готовый вот-вот взорваться. Проблема в том, что я вулкан уже добрых двадцать минут, но всякий раз, как я приближаюсь к развязке, блондинка делает что-то, что не дает мне разрядиться.

То, что вначале меня заводило, потихоньку превращается в занозу в заднице. Мне уже кажется, что я вот-вот лопну. С меня градом течет пот, а ведь я даже не стараюсь, я лишь предвкушаю возможность взяться за дело. У этой цыпочки чертовски классное тело.

Я обхватываю ее голову ладонями и пытаюсь направить так, как мне хочется.

Блондинка сопротивляется, приглушенно смеясь.

Я отстраняю ее от себя, и женщина смотрит вверх, улыбаясь. У меня на секунду перехватывает дыхание. Ее волосы жаркой спутанной копной обрамляют лицо, именно так, как я люблю, — от вида всклокоченных, как после постели, волос мне всегда хочется секса. Впрочем, как и от множества других вещей.

— Дай мне разрядиться, милая, — говорю я. — А после нас ждет много интересного, если тебя именно это беспокоит.

— Разве похоже, что я беспокоюсь? Я прекрасно знаю, чего ждать от мужчины вроде тебя. Кто я?

Она щекочет меня языком.

Я начинаю двигаться, я уже так близок к развязке, но блондинка вдруг одновременно действует руками и ртом, и в мое тело словно впиваются иглы.

Боль убивает удовольствие.

Бархат ее рта…

Иглы…

Это начинает раздражать сильнее, чем нравиться. А ведь я любитель жестких игр с подходящей женщиной. Или с тремя.

— Скажи «госпожа», — мурлычет блондинка. — Неужели я так много прошу? В обмен на то, что даю тебе почувствовать?

Я размышляю. Она действительно блондинка с классными сиськами. Весь мир в курсе, что я испытываю слабость к этому сочетанию. Потому я и оказался в кабинете босса, опираясь на его стол, мои кожаные штаны болтаются на лодыжках, а все остальное обнажено. Звучит «Pussy Liquor» Роба Зомби. И когда же эта киска собирается довести дело до «ликерчика»? «Это один из лучших моих талантов, но у меня не было шанса произвести на нее впечатление», — поет Роб, а стол подо мной вибрирует в такт басам из клуба внизу.

Люблю я это место. Одно из наиболее удачных наших вложений.

— Это лучший день в твоей жизни, — говорит блондинка. — Признай это.

Не проблема. Именно так я и говорю каждой женщине, которая занимается со мной сексом. Женщинам нравится делать то, в чем они хороши, похвала гарантирует повторение, а каждое повторение служит женщине дополнительной практикой, что в свою очередь гарантирует следующему мужчине еще более острое удовольствие. Учитывая то, как давно и на скольких континентах я это говорю, я вполне уверен, что лично улучшил качество интимных ласк во всем мире.