Масанобу Фукуока осуждал такие хлопоты: «Говорить, что питание – это дело вкуса, значит себя обманывать. Ведь спрос на неестественную или экзотическую пищу создает трудности и для фермера, и для рыбака. Чем больше желаний, тем больше нужно работать, чтобы их удовлетворить. Для человека более полезна та пища, что находится рядом, а то, что добывается с большим трудом, – наименее ценно. Иначе, та пища, которая всегда под руками, – самая полезная. Следует со всей определенностью отметить: каждый человек должен серьезно взвесить, сколько трудностей он создает окружающим, предпочитая пищу, что достается такой дорогой ценой. Люди, что удовлетворяются простой, выращенной на месте пищей, меньше работают, и им нужно меньше земли, чем тем, у кого разгорается аппетит на деликатесы».
Трудно спорить с Фукуокой. Он прожил долгую (95 лет!) и счастливую жизнь на природе, знал, что говорил, имел право поучать. Если фанатично следовать принципам естественного земледелия Фукуоки, то следовало бы выдавить слова Фукуоки на глиняной табличке, обжечь ее, повесить на грудь и, спрятавшись за широкой спиной Масанобу-сана, объявить крестовый поход против перцев, помидоров, огурцов… Да поздно уже – заморские гости так прочно ассимилировались в нашу культуру, что в случае чего были бы «картофельные бунты» наоборот.
К большому сожалению, как-то так повелось, что надежды на заморские культуры земледельцы связали в основном с так называемыми теплыми грядками и отапливаемыми теплицами.
Теплые грядки – сомнительная идея. Мы уже знаем, что органика (свежая!) – один из китов, на которых зиждется динамическое плодородие. Вся органика должна возвращаться земле – не так жирно живет человечество, чтобы можно было отщипывать на технические цели (в данном случае – на отопление) что-то, способное работать на еду. Если же заметить, что теплые грядки теплые весной, когда вовсю греет солнце, то идею их устройства можно назвать не сомнительной, а халатной.
Отапливаемые теплицы требуют немалых затрат (трубы, печи, монтаж, сварка, солярка, дрова, газ, электричество…), которые надо, как говорится, «отбить». «Радетель» пускается во все тяжкие, чтобы возместить затраты, и начисто забывает, что собирался выращивать еду. В частности, возгоняет урожай преимущественно несбалансированными удобрениями. А считать помидорами то, что продается у нас под этим названием в межсезонье, – явное преувеличение. С помидорами это роднят только семена, и помидорного в этом столько, сколько сумели передать семена. Главным образом – зрительное подобие, обертку.
Есть, правда, приятные исключения. К сожалению, именно исключения.
Нетипичны теплицы у Андрея Марченко (рис. 67). Их стены состоят из погруженных в землю блоков бывших силосных ям и надстройки. Поверхность грядок – ниже уровня земли примерно на 1,5 м, там круглый год держится положительная температура, 10–12 °С, так что Андрея не сильно занимают весенние заморозки. Кроме того, заметный вклад в обогрев теплицы вносят бутылки с водой, которыми увешаны северные стены (о работе бутылок чуть ниже). Есть в теплицах и дровяное отопление – но это скорее подстраховка на случай устойчивого похолодания.
Самое главное – растения у Андрея растут на почве, образуемой из постоянно добавляемой свежей органики: верхние 5 см – свежая органика, ниже (уже на метр) – биогумус, создаваемый трудами почвенной живности.
Единственное, за что Тимирязев мог бы упрекнуть Андрея, – это постоянное укрытие. Но теплицы у Андрея укрыты не брезентом, как во времена Тимирязева, а поликарбонатом и достаточно светлы (рис. 68). И еще. Южные стены наращены прозрачными материалами, внутри теплицы оборудовано дополнительное освещение – словом, упрек Тимирязева был бы справедлив лишь с формальной точки зрения. Фактически в теплицах Марченко дневного света достаточно.
Словом, в теплицах Марченко растет еда, и точка! Нет, не точка – добавлю любопытный факт. На одной из клубных встреч была организована анонимная дегустация помидоров. На блюдах были разложены сотни скибочек помидоров с воткнутыми в них палочками. И «судьи» (а их было около сотни) отдали тепличным помидорам Марченко четыре первых места! А ведь соревновались с ними помидоры, выращенные на земле.
Заслуживают добрых слов и теплицы Марселя Белялова под Астраханью. Обычные, «наземные». Чуть выше были сказаны резкие слова в адрес теплых грядок, в которых органика служит банальным топливом. Так вот, Марсель в качестве биотоплива в теплицах использует тростник, который по весне горит синим огнем на многих тысячах гектаров. Приготовление биотоплива из тростника требует некоторой возни, но игра стоит свеч: уменьшается ущерб, который причиняют среде обитания пожарища до неба. А в грядки Марсель укладывает свежую органику. Это, конечно, хлопотнее, чем сыпнуть мешок-другой селитры. Но зато растет еда!
