Со мной пытались общаться психологи, но я закрылась от всех, внешне казалась спокойной как удав, внутри же билась в истерике и лихорадочно искала варианты, как вернуть Игоря. Врачи думали, что у меня шок из-за пережитого стресса, вот только они ошиблись, депрессия была из-за того, что Ларин от меня отдалился. Он — моя слабость. Я поняла, что могу пережить все что угодно, но только не потерю Игоря.
Муж приехал за мной в больницу в день выписки. Молча собрал мои вещи, уложил пакеты в багажник, я села на переднее сиденье и посмотрелась в зеркало. Отеки с лица сошли, вернулся обычный цвет, только на теле то тут, то там еще виднелись синяки. Ларин сел за руль, бросив на меня мимолетный взгляд.
— Рад, что тебе лучше. Почему отказалась от психологов? — строго спросил он. — Ты пережила стресс, тебе надо поговорить со специалистами, а ты не идешь на контакт.
— Я чувствую себя хорошо. К прошлым кошмарам теперь добавились новые, но я уже привыкла к ним. Две недели рыдала в подушку, оплакивая Люка, но, сколько не плачь, его уже не вернуть. Я смирилась, приняла это и живу дальше. Единственное, с чем не хочу мириться — это ты, — проговорила без эмоций, смотря в окно на мелькающие фонарные столбы.
— Тань… — начал Ларин, а я подняла руку, призывая его к молчанию.
— Ничего не хочу слышать. Ты сделал свой выбор, надеюсь, что будешь счастлив, — сухо ответила.
Как же хорошо, что медсестра дала мне убийственные успокоительные, иначе не совладала бы с эмоциями, а так тишина внутри и спокойствие. Чудо средство!
Игорь бросил на меня недоверчивый взгляд, явно не веря моим словам. Мы подъехали к дому, любимый вытащил из багажника мои вещи и помог поднять в квартиру. Замер в коридоре, нервно теребя ключи от машины.
— Пройдешь на чай? — спокойно поинтересовалась, а внутри душа плавилась заживо, чувствуя, что это конец, что пропасть между нами уже настолько огромная, что мне не перепрыгнуть.
Мы словно чужие стали друг для друга.
— Тань, с тобой точно все нормально? — насторожился Игорь. — Глупостей не натворишь?
— Разве по мне не видно, что я самый счастливый человек на планете? — съерничала, скривив губы в подобие улыбки. — Игорь, если торопишься, то уходи. За меня не беспокойся, я девочка взрослая, покушение пережила, визит «вежливости» тоже, так что умею выживать.
— Я позвоню, — сказал муж, открыв дверь, а я горько усмехнулась.
— Не утруждайся, Ларин. Думаешь, только ты можешь вычеркивать людей из жизни? Ошибаешься, я тоже так умею, — проговорила, прищурившись.
Как же он меня бесил в тот момент, до дрожи. Это же надо быть таким упертым! Может, я не хочу, чтобы меня спасали, может, меня устраивает такая жизнь, главное, что он рядом. Да пусть все огнем горит, плевать, только бы он не уходил.
— Тань, ты достойна лучшего, надеюсь, когда-нибудь поймешь меня, — сказал Ларин и вышел за порог.
— Ты тоже достоин лучшей жизни, Игорь! — крикнула ему вслед. — Ты тоже… — прошептала в пустоту, когда дверь захлопнулась.
Гробовая тишина пугала. Вот и все. Пнула ногой пакет с вещами, вошла на кухню, открыла потайной ящик, скрытый под подоконником и вытащила оттуда пачку сигарет. Когда-то отобрала ее у Ларина, чтобы он меньше дымил. Зажав губами сигарету, подожгла и втянула едкий дым в легкие. Прислонившись лбом к прохладному стеклу, с тоской смотрела на отъезжающую машину Ларина и выть хотелось. Вот только слез не было, чудо успокоительное отлично действовало. Смотрела, как тлеет сигарета и думала, как дальше жить? К черту все! Решила уволиться. Я же собиралась работать следователем? Значит, устроюсь по профессии. Меня затопило жгучее желание поймать всех преступников и упрятать их в тюрьму, превратить их жизнь в ад, как они растоптали мою семью, так и я мечтала уничтожить каждого отморозка, гуляющего по этой грешной земле. Гнев — он всегда придает людям сил, и я цеплялась за эту эмоцию, чтобы не утянуло на дно самобичевания. Запретила себе думать о случившемся, иначе невыносимая боль окутывала душу.
— Извини, Игорек, но не позволю тебе бороться в одиночку, тоже встану на стражу порядка, — проговорила в пустоту, постукивая пальцами по столу.
Осталось лишь позвонить папе и попросить устроить меня куда-нибудь следователем. Я знала, что отец мне не откажет. Представляла, как психанет Ларин, но если он хочет, чтобы я работала в тихом месте, значит, ему придется вернуться ко мне. Я тоже умею быть упрямой и решительной…
Глава 16
