В оковах льда полностью

С каких хренов ему это известно?! Она обставила все это игрой. Сказала, что хочет посмотреть, удастся ли мне промчаться и плеснуть молока в чашку с хлопьями Мэгги, так чтобы та меня не заметила. Естественно, мне удалось. Мэгги так там и скончалась, сидя за завтраком. Ро сказала, что это простое совпадение, что она была слишком стара, и у нее случился сердечный приступ. Когда мне было одиннадцать, я докопалась до истины. Ро ненавидела Мэгги за то, что та подбивала ши-видящих избрать другую Грандмистрисс. Я обнаружила это в одном из дневников старой ведьмы. Старуха конспектировала все, что делала, думая, что в один прекрасный день она будет увековечена, и люди захотят прочесть ее личные воспоминания. Все эти дневники сейчас у меня, сныканы в надежном месте. Я отравила Мэгги в тот день молоком, подлив ей его в чашку. И делала еще много чего, что также не понимала.

— Ключевые слова здесь: Ровена сделала так. Я давно уже это пережила.

— Забавно, твоя речь меняется, детка. Становится как у взрослых.

— Да ладно, — фыркаю я.

— Ты станешь крепким орешком.

— Даю подсказку: слово «крепкий» нужно заменить на «неподступный».

Он снимает обертку со «сникерса» и предлагает мне откусить.

Я отворачиваюсь. Не собираюсь есть, как какая-то заточенная в неволе зверушка.

— Когда мы найдем твоего маленького дружка, ты передумаешь.

Напряженный узел в моих кишках ослабевает, и от облегчения я едва не сползаю вниз, но напрягаю ноги в коленях и продолжаю стоять. Риодан сказал когда мы найдем, а это означает, что он еще не у них. Я не стану с ним связываться, пока отсюда не выскользну. Я боялась, что Танцор у них. Должно быть, он ушел, пока я спала. Он иногда уходит на несколько часов, пока не почувствует, что хочет вернуться. Я не всегда могу найти его, когда пожелаю. Иногда мы не видимся по нескольку дней. Хорошая новость в том, что где бы Танцор сейчас ни был он в безопасности. Они до него не добрались, заполучив лишь меня. С этим дерьмом я могу справиться. Не одну собаку уже съела на этом. Танцор… ну, до падения стен, он жил сказочной жизнью. И я никак не хотела, чтобы он имел дело с этими челами.

— Он не мой дружок.

— До каких пор, Дэни, ты будешь вынуждать меня держать тебя здесь?

— До тех самых, пока до тебя, наконец, не допрет, что это бессмысленно.

Он едва заметно улыбается и поворачивается прочь от меня. В дверях он останавливается и кладет свою руку на выключатель, словно предлагая мне выбор. Как будто все, что мне нужно сделать — это бросить ему взгляд, в котором будет читаться: Пожалуйста, не оставляй меня в темноте — и он не станет.

Я показываю ему «средние пальцы», что смотрится круто со скованными-то над головой руками.

Он оставляет меня в темноте без меча.

А мне пофиг.

Я знаю Риодана. Если кто и убьет меня, то только он. Это означает, что это место он сделал защищенным от Теней и Фейри — иначе он бы никогда не оставил меня здесь вот так.

Я голодна и измотана. Я закрываю глаза и играю в старые игры сама с собой — те, в которые наловчилась играть еще в детстве.

Я представляю, что у меня в желудке разрастается, заполняя его гигантская теплая губка, мягко и бережно впитывая бурлящую кислоту от дикого голода. Я воображаю, как растягиваюсь в уютной мягкой кровати в абсолютно безопасном месте, где никто не сможет причинить мне вред.

Повиснув на застегнутых вокруг моих запястий кандалах, я засыпаю.

— Дэни, ты хот представляешь, что теперь будет? — спрашивает Мак.

Открыв глаза, я прищуриваюсь сквозь маленькие щелочки, и стону. TП здесь, стоит прямо передо мной.

Я провожу быстрый осмотр. Копья не видно, но я знаю, что оно где-то на ней. Она без него никуда не выходит.

— Так не честно, — выдыхаю я. — Ты не можешь убить меня вот так, пока я прикована. Чувиха, дай мне, по крайней мере, фору. Освободи меня. — Я не хочу с ней сражаться. Но могу сбежать. Я могу бегать от ТП до конца своих дней.

— Как же так, Дэни, — продолжает она. — Ты должна была знать, что убивая всех этих Эльфов на глазах у тысячи свидетелей, это занесет тебя в черный список всех людей и Фейри имеющих хоть какую-то власть в этом городе, и в первую очередь Риодана и его людей. Ты пыталась стать самой разыскиваемой персоной Дублина?

— Ну, не так, как ты в свое время, и, к тому же — ты выжила.

— У меня за спиной был Бэрронс. Ты профукала свою потенциальную версию Бэрронса.

Я намеренно туплю:

— Кристиана МакКелтара? Он на меня не зол.

— Риодана.

— Риодан — не Бэрронс, и никогда им не будет!

— Согласна. Но он мог бы прикрыть твою спину, если бы ты позволила. Вместо этого, ты не только грубо пошла против него, ты поставила его в положение, когда он вынужден тебя наказать. Ты на глазах у всего города бросила ему вызов. Дэни, Дэни.

— На чьей, мать твою, ты стороне? И почему до сих пор еще меня не прикончила?

— Мне и не нужно. Весь город выстроился в очередь, ожидая расправы. Дэни! Дэни!

— Сначала пускай поймают. И чего это ты произносишь мое имя таким тоном?