Собственно, это два названия одной и той же группы артефактов, что представляют собой якорь, удерживающий душу умершего в Царстве Живых. При их создании необходимо проводить жертвоприношения. Причем, наилучшей жертвой будет волшебник или сильный представитель нечеловеческих магических народов.
Деталей по созданию столь занятных артефактов в книгах не было, но вот максимально точно описанные характеристики, позволяющие выявить крестажи имелись. И чем больше я читал сухие строки книги о Непростительных заклинаниях и крестажах, тем хуже мне становилось.
— Гарри? Тебе стало плохо? Надо к мадам Помфри? — отвлекла меня Гермиона, удивленно смотревшая на меня.
— Нет, всё хорошо, — улыбнулся я, беря себя в руки, — Устал просто.
— Может, сходить в Больничное крыло?
— Не думаю, что это хорошая мысль, — покачал я головой, — Скоро отбой и вряд ли я успею вернуться в общежитие.
— Ладно… Но если что…
— У меня есть наборы зелий и антидотов. До утра смогу протянуть.
«Во мне ситхов крестаж! — мысленно выругался я, — Какая тварь это сделала? Кто посмел? Найду и убью!»
Глубоко внутри меня заворочалась Тьма, отдаваясь полнейшим согласием с моим желанием убивать. Впрочем, проявлять активность моя темная составляющая не спешила, словно бы сытый хищник, готовый защищать свою территорию, но не желающий шевелиться без веских причин.
Более-менее успокоившись, я принялся анализировать свои… Поттера… К ситху! Свои воспоминания. И, что странно, обнаружил, что с ними не всё хорошо и гладко. С одной стороны, я помню как вошел в зал, где отец был с каким-то мужчиной. Гость замер, обдумывая как сделает меня своим слугой. В этот момент эта самая Тьма, ощутив его желание, вырывается из меня и убивает его. Увы, но этот волшебник успевает нанести удар, который попал не в меня, а в моих родителей. А вот второй набор воспоминаний выглядит более чем странно. Вбежавшая в комнату мама, что стала между мной и входом в комнату, а снизу раздается крик:
— Лили! Беги, я задержу его!
Однако, задержать не удается. Тот же самый волшебник, что имеется в первом наборе воспоминаний, выбивает дверь помещения требует от матери отойти, а затем, с удовольствием послушав мольбу женщины и убив её, произносит третье непростительное, но, каким-то образом, оно отражается в него самого. Искомый маг мгновенно умирает, а его тело, ещё в падении, превращается в облако пыли.
И темнота, которая развеялась только в доме Дурслей.
Или у меня в детстве имели место галлюцинации, или кто-то успешно поработал с моей памятью, как совсем недавно произошло с Верноном и Петунией. Если принять во внимание происходящее с моими фактическими опекунами, а так же отсутствие у меня психических расстройств, получается, что… Мы имеем дело с неким неизвестным противником, который имеет дурную привычку заниматься извращенным сексом с чужими мозгами.
«Дамблдор? — мысленно стал я прикидывать возможные варианты, — Наиболее вероятен. Ставим в качестве подозреваемых на первое место. Волдеморт? Я не видел, как он погиб или воспоминания о данном факте вызывают сомнения. Если же местный Тёмный Лорд погиб, окончательно, то… Кто же поместил в меня крестаж? Да и точно ли этот Волдеморт отправился в Царство Мертвых? Помня Вишейта, у меня возникают серьёзные сомнения на этот счет… Стоп!»
Десять лет к ряду в прессе и художественной литературе, в торговле сувенирами и даже открытками муссировалось и раскручивалось одно интересное явление — товарный знак «Мальчик-Который-Выжил». Ежегодно о нём напоминали, особое внимание уделили в книге «Взлеты и падения темных искусств», посвятив целую статью… Зачем? И, главное, кто?
Для Дамблдора, являющегося политиком, это совершенно не выгодно. Вот придумать некую организацию, якобы боровшуюся тайным образом с тиранией Волдеморта, заявить об участии в ней героических погибших Лили и Джеймса Поттеров, не забыв уточнить, что они являлись учениками лично директора Хогвартса, умудрившегося сделать из скромной семейной пары столь опасных боевиков, что они, пусть и ценой своей жизни, смогли убить ужас всея Британии… Да это самый удобный политический ход! Никаких доказательств не потребуется. Сторонники павшего Волдеморта ещё на свободе, их ловят и добивают поредевшими силами Аврората, а потому имена членов организации называть нельзя, о местах расположения штабов, складов и лежек говорить тоже не стоит, ибо возможна месть… А потом никто и не станет требовать доказательств. Ведь, ложь, сказанная тысячу раз, становится правдой и никого уже не интересует как было в действительности. Зато Дамблдор обрел бы невероятный авторитет и вес в политике и обществе.
Однако, кто-то решил, что подобного нельзя допускать и воспользовался одним сиротой, превратив его в этакий товарный знак для здешней торговли, не забыв сформировать правильный образ скромного героя. Да ещё и ежегодно уточнял как выглядит растущий мальчик, когда и куда будет поступать…
