– Вы, верно, зимуете во Влахернской гавани?
– Да нет, здесь.
– И я здесь. Так, верно, нам по пути?
– Идемте…
В конце концов, если уж представилась такая возможность, то можно попытаться узнать, так сказать, из первых рук об убийстве кормчего Исидора. Этот горе-следователь, похоже, не против поболтать… и еще выпить.
– Я тут знаю по пути одно местечко…
Ну, вот…
– Ну-у… ведите, дружище! Вечер-то какой холодный! Нам вовсе не помешает еще один кувшинчик вина.
– Вы такой молодой, Михаил, – а уже отправились в далекое плавание. Ведь из Киева в Константинополь… у-у-у-у!
– Далеко, – покивал Миша. – А что делать? Торговать-то надо.
– Я понимаю, да…
– Так где ваша таверна?
Они вполне хорошо понимали другу друга, несмотря на то, что сотник неважно знал язык. Понятно – выпили… И выпьют сейчас еще… И тогда… Тогда можно будет осторожно расспросить об убийстве шкипера…
– Сейчас налево, мой юный друг!
Опаньки!
Из подворотни вдруг вывалила компания в количестве четырех. В темных плащах и зимних суконных шляпах. Этакие молчаливые молодые люди…
Просто вышли, ни слова не говоря. Перекрыли дорогу… выхватили ножи! Ну вот, дождались – ограбление или тривиальный гоп-стоп!
Следователь, похоже, что вмиг протрезвел – в руке его откуда-то появился кистень! Да и Михаил, в общем-то, тоже не чувствовал себя таким уж пьяным…
Ухмыльнулся, расстегнул висевший на поясе кошель. Жаль, оружия нет – с мечами на ипподром не пускали.
– Вам нужны наши денежки, господа?
– Плати и проваливай! – грубо оборвал налетчик. Его подельники нехорошо засмеялись.
Деньги у сотника в кошеле не звенели – были завернуты в тряпочку. Особым таким узлом… несколько крупных монет…
– А получи!
Оттолкнув налетчика, Миша живенько раскрутил тряпицу с завернутыми монетами, основательно засветив противнику в глаз!
Тот так и сел прямо на мостовую! Верно, от удивления. Выпавший из руки нож со звоном упал на камни… Миша не поленился, нагнулся… и тут же метнул! Не зря когда-то тренировался – хоть в цирке выступай…
Кто-то из гопников со стоном схватился за предплечье… Еще минус один!
Между тем господин старший тавуллярий тоже не стоял просто так – напал первым! Умело ударил кистеньком одного, подскочил ко второму… Так крутил кистень – любо-дорого посмотреть, ниндзя отдыхают!
Покрутил – удар! Резкая такая плюха…
Наверное, с начала нападения где-то с полминуты и прошло. Всего-то. А преступники уже на мостовой! Нет, кто-то уже поднялся, вскочил… побежал со всех ног прочь… ругался… Как видно, эти парни никак не ожидали такого отпора!
– Уходим, – спрятав кистень в рукав, распорядился Демид. – Давайте за мной… Быстро.
Сказал – и тут же нырнул в какой-то узкий проулок… Еще один проулок… еще… Закапал, зашелестел дождь…
Впереди снова показалась какая-то подозрительная компашка! С факелами!
– Стой, кто идет.
– Старший тавуллярий Евпатор, – следователь отозвался совершенно спокойно. Даже сделал несколько шагов вперед…
– А, это вы, господин!
Ночная стража. Сотник перевел дух – ну, слава богу…
– Тут четверо, – между тем распорядился следователь. – Проверьте ближайшие улицы, загляните в таверны… Ну, а мы с вами – по домам… Как вы интересно… с монетами… Вот бы никогда не додумался! Вроде и есть орудие… н-на, вроде и нет.
Михаил хмыкнул – именно так когда-то ТАМ рассуждали дружинники и милиционеры, когда ловили учащихся фабрично-заводских училищ. Те ведь тоже такие кистеньки делали – заматывали пятаки в носовой платочек. Увесисто получалось. И ничего противозаконного.
– Я ваш должник! – новый знакомец все-таки довел Мишу до самого дома. Дождь уже кончился, на небо выглянула луна – добродушная, отливающая красноватым золотом, с толстыми от осознания собственной важности щеками, она отражалась в спокойных водах Мраморного моря, словно зачем-то вынырнувшая на поверхность странная глубоководная рыба. Рыба-луна.
– Как и я ваш, – Миша был сама любезность, он все же здорово рассчитывал на тавуллярия в деле с убитым кормщиком.
Вот, бывает же так – раз, и повезло, с кем нужно – с теми и встретился. Бывает, да. И гораздо чаще, чем многие думают. Вообще, жизнь во многом зависит от случая, счастливого или не очень. Кому как повезет.
Девчонки с варягом возвратились где-то через полчаса после Миши. Рогволд лично зашел, рассказал: Ксенофонта проводили до акведука, где-то там, неподалеку, он и жил.
Выслушав, сотник покачал головой:
– Значит, все-таки Ксенофонт…
– Так он назвался.
– Так все же…
– Ну да. Познакомились, хоть он и с компанией был. Мы же все не «зеленые», а венеты – «голубые». Нынче – почти что родственники.
– Жаль, до дома не довели…
– Не хотели зря рисковать – людно, – варяг потянулся и пригладил щегольскую бородку, заплетенную в две косички. Вот интересно, кто ему их сейчас заплетает – Горислава? Ну, а кто же еще?
– Вара, кстати, не подвела – глазки строила умело, – хмыкнув, продолжал купец. – Запал на нее наш парень. Запал! Прощаясь, назвал Барброй. На латинский манер.
Михайла вскинул брови:
– Так он латинянин, что ли? Не дай бог! Нам еще в Венецию плыть не хватало.
