– Где ты?
– На Киевском шоссе, сорок седьмой километр… Почти Апрелевка…
– Сколько их?
– Четыре машины. Два «Гелендвагена», один, по-моему, «Хаммер», четвертую не вижу… Но она есть. У них моторы форсированные.
– Понял. Держись, высылаю вертолеты. Не разъединяй. Говори с Катей.
– Катька, я здесь. Прости… Тебе нельзя волноваться…
– Не грузи, – отрезала Катя. – Я буду на связи. Говори со мной.
– Хорошо. Только Левану по второй линии позвоню… Он тоже замешан.
– Леван?! – ошарашенно переспросила Катя.
– Потом объясню. Скажи Герману, это Рустем Адырханов.
– Хорошо. То есть ничего хорошего, но я передам. Держись.
– А что мне остается?
Серебристая «Инфинити» молнией мелькнула по подъездной дороге, какое-то время тянувшейся параллельно Киевскому шоссе, и вылетела на магистраль. Промахнула пару километров до переезда, развернулась и понеслась к Москве.
В воскресенье в полдень дорога была не слишком загружена, хотя кое-какое движение все же наблюдалось.
– Хорошо пристегнулись, хозяйка? – спросил Игорь, поглядывая в зеркало заднего вида.
– Да, а что?
– Держитесь.
Игорь выбрал свободный участок дороги и на полном газу сделал полицейский разворот на триста шестьдесят градусов.
– Ты с ума сошел! – выбранила его Этери, от волнения перейдя на «ты». – Я чуть телефон не проглотила!
– А вы назад гляньте, – предложил водитель.
Этери оглянулась. Шедшие за ними два черных «Гелендвагена» не ожидали такого резкого маневра. Они сбились с курса и столкнулись, ткнулись друг в друга злобно оскаленными хищными мордами. Так иногда поскальзывается помимо своей воли пешеход, если поскользнется у него на глазах кто-то идущий впереди.
Но остальные две машины – громадный «Хаммер», черный и блестящий, как жук-скарабей, и «БМВ» последней серии – остались неповрежденными. Они объехали ставшие бесполезными «Гелендвагены» и ринулись в погоню.
Игорь, бывший гонщик, держал педаль газа утопленной в пол, отпускал и передергивал передачи, только когда приходилось маневрировать. «Инфинити» серебряной птицей летела по шоссе, отдавая хозяйке все свои силы.
Этери позвонила Левану.
– Рустем Адырханов гонится за мной по Киевскому шоссе…
– А я тебе говорил, – перебил ее Леван. – Я же говорил, он не отстанет.
– Скажи ему, что я не знаю, где Ульяна.
– Я говорил, он не слушает.
– Ты можешь что-то сделать для жены, хоть и бывшей? Я все-таки двух детей тебе родила!
– А что я могу? – забормотал Леван. – Нечего было Ульяну увозить!
Даже в эту страшную минуту Этери не жалела, что помогла Ульяне бежать.
Леван между тем развивал свою мысль:
– Тебе с ним не тягаться… Откусила кусок не по зубам, вот и получила. Что я могу сделать?..
– Ладно, Левушка, – задыхаясь от ненависти, проговорила Этери. Теперь она уже сознательно употребила это некогда ласковое имя как презрительную кличку. – Когда-нибудь ты меня о чем-нибудь попросишь, я тебе это припомню. – И прервала связь.
Ближе к Москве поток движения стал сгущаться. Миллиметрист Игорь лавировал в потоке, почти не снижая скорости, втыкался в такие дырки, куда, казалось, не въехал бы и детский самокат. А у них за спиной тянулась пробка из покалеченных «Хаммером» и «бэхой» машин. Сами преследователи тоже имели вид весьма помятый и далеко уже не столь блестящий.
И в другую сторону – из Москвы – образовалась пробка. Люди высовывались из окон, щелкали фотоаппаратами и камерами мобильников, кое-кто даже на видео снимал. Этери хотелось крикнуть им, чтобы звонили в милицию, тьфу ты, полицию. Может, кто-то и звонил, но известно же: когда нужен полицейский, его вечно нет на месте.
«Инфинити» держалась впереди только благодаря водительскому искусству Игоря. Преследователи включили мигалку и крякалку, они лезли напролом, то и дело создавая аварийные ситуации, им приходилось тормозить, их заносило, отбрасывало в сторону, они задевали и били другие машины.
«Хорошо, хоть не стреляют, – подумала Этери. – Я нужна им живая…»
– Кать? Он не шутил насчет вертолетов? Откуда им взяться?
– Нет, не шутил, – ответила Катя. – Там неподалеку база тренировочная ветеранов-«афганцев». Он туда позвонил…
– Сегодня же воскресенье, – перебила Этери.
– Самый их день, – успокоила ее Катя. – Герман уже уехал. Друзьям своим позвонил из милиции, они ему помогали Саньку у чеченов отбивать. Держись, Фирка, все будет хорошо. Помощь близко. Воскресенье – город пустой.
Этери все не верилось. Она не знала, сколько времени прошло. Ей казалось, что несколько минут, но потом выяснилось, что около часа. Почти пятьдесят минут Игорь держал машину на дороге и умело уходил от погони. Никого не сбил, не покалечил.
Но это не могло продолжаться вечно. Преследователи настигали их.
– Катька, в случае чего… Возьми мальчиков, не отдавай Левану.
– Фирка, ты что?! Ты ненормальная?
– Видела бы ты, что тут творится. Они гонятся за нами… буквально по трупам. Всех давят. И у них моторы гораздо мощнее. И бока бронированные.
– Помощь скоро будет, – уговаривала Катя. – У тебя тоже бока бронированные. В крайнем случае сиди, как в танке, и не выходи…
