В ожидании сердца (Пьесы) полностью

АРТЕМ. Подстава. Плохо! Как же ты так повелся? Надо было проверить!

МАКСИМ. Они предложили хорошую скидку, если я возьму всю партию.

АРТЕМ. И ты взял?

МАКСИМ. Взял. Хотел стать монополистом на рынке. Так во всех учебниках по бизнесу написано.

ГАВРЮШИН. Учиться бизнесу по книжкам – то же самое, что учиться любви по «Камасутре». Значит, денег нет?

МАКСИМ. Нет. Совсем нет.

ГАВРЮШИНА. Артем Михайлович, сделайте одолжение поговорите с Вахой Джохаровичем об отсрочке. Все-таки вы однополчане…

АРТЕМ. Поговорю. Думаю, к батарее Макса приковывать не будут. Только вы не поняли, мы не однополчане. Наоборот. Мы воевали друг с другом, а познакомились под Хасавюртом, когда пленных обменивали. Правда, тогда у него другое имя было. Но мужик он нормальный и не хочет, чтобы о нем лишнее узнали.

ГАВРЮШИНА. Спасибо!

АРТЕМ. Не за что. Но долги все равно надо возвращать. Это только отсрочка.

Входит Алена.

АЛЕНА (бросается на шею Артему). Артемон, а почему ты не сказал, что у тебя новая тачка?

ГАВРЮШИН (подозрительно). Какая еще тачка?

АЛЕНА. Красный «Ягуар».

АРТЕМ. Это не мой. Мы с Верой Николаевной на такси приехали.

АЛЕНА. А чей же? В нашем доме ни у кого такого нет.

МАКСИМ. Наверное, у кого-нибудь гости…

Все невольно смотрят на Макса. Тот опускает голову.

ГАВРЮШИН. А «Ягуар» ты, вошь череповецкая, зачем купил? Котов кастрированных по домам развозить? Убью!

МАКСИМ. Папа, это философия моего бизнеса! Ягуары тоже из семейства кошачьих…

Гаврюшин бросается на сына, тот выбегает из квартиры. Отец – за ним. Неловкая пауза.

ГАВРЮШИНА. Ну, мне надо к следующему занятию готовиться. Скоро придет ученик. А вы бы, дети, сходили куда-нибудь! (Уходит в спальню.)

АЛЕНА. Точно! Почему бы детям и не сходить куда-нибудь, а? Может, Артем Михайлович, изучим, как следует вести себя в подпольных казино Москвы?

АРТЕМ. У меня много работы.

АЛЕНА. И поэтому ты не звонишь? Раньше у тебя не было столько работы! А может, ты просто коллекционер? Поймал бабочку, приколол иголочкой к стенке. В старости будешь сидеть в кресле-качалке и вспоминать: вот эта, с белыми крылышками, попалась мне…

АРТЕМ. Я не по этой части.

АЛЕНА. Артем, ну, поедем к тебе! Ну, что ты смотришь? Да, я проходила с мамой краткий курс девичьей гордости. Знаешь, чем воспитанная девушка отличается от невоспитанной?

АРТЕМ. Чем же?

АЛЕНА. Невоспитанной приходится вести себя так, чтобы думали, будто она воспитанная. А воспитанная может делать все что захочет. Она же воспитанная, ей наплевать, если кто-то что-то подумает. Артем, ты не понимаешь? Я же тебя люблю!

АРТЕМ. Ты разве умеешь?

АЛЕНА. Я научусь! Я хочу, чтобы ты был моим последним мужчиной!

АРТЕМ. У меня не получится.

АЛЕНА (после долгого молчания). Значит, расфрендились?

АРТЕМ. Нет, почему же? Дружить мы будем, если хочешь…

АЛЕНА. Нашел другую… А мы к тебе так привыкли. Мама раз десять спрашивала, не делал ли ты мне предложение. Чтобы я ни в коем случае не отказывалась. Знаешь, раньше я всем отказывала. Ночь, проведенная вместе, не повод для замужества. Ночь можно провести с кем угодно, а жизнь – только с одним человеком. Я думала, этот человек – ты!

АРТЕМ. Ты ошибалась.

АЛЕНА. Жаль, я не залетела! Была бы теперь зеленая от токсикоза, а ты, как порядочный человек, женился бы на мне. Правда же?

АРТЕМ. Как порядочный человек я бы обеспечил ребенка.

АЛЕНА. Значит, мы больше не увидимся?

АРТЕМ. Ну, почему же? Вера Николаевна хочет заняться со мной деловым английским. Я буду приходить к вам…

АЛЕНА. Нет, не будешь!

АРТЕМ. Почему?

АЛЕНА. Не получится! С дочерью – постельным английским, а с матерью – деловым! Тоже мне, молодой бог! Гермес старосибирский! Вылетишь отсюда в своих крылатых валенках! Ты меня не знаешь! Я сейчас заору, позову родителей и скажу, что ты со мной такое сделал… такое…

АРТЕМ. И что же такое я с тобой сделал, чего ты не знала?

АЛЕНА. А этого я не скажу. Буду рыдать, вопить, царапаться, и они вообразят самое жуткое. Так страшнее! Ну, едем к тебе?

АРТЕМ. Нет.

АЛЕНА. Подумай! Не будет делового английского. Ничего не будет!

АРТЕМ. Алена, ты сама не понимаешь, что говоришь!

АЛЕНА (спокойно). Значит, нет? Хорошо… (Истошно визжит.) Папа! Мама! А-а-а!

На крик прибегают Гаврюшины: мать – из спальни, отец – из прихожей. Китаец тоже появляется из-за ширмы.

ГАВРЮШИНА. Что случилось?

ГАВРЮШИН. Артем, в чем дело?

АЛЕНА (торжественно). Он… Артем… Артем Михайлович… Сейчас… Он сделал… мне предложение…

ГАВРЮШИН. Наконец-то! Поздравляю!

ГАВРЮШИНА (удивленно). Это правда?

Все смотрят на Артема. Каждый по-своему. Он молчит.