В ожидании сердца (Пьесы) полностью

КОСТЯ. Не может такого быть, чтобы в доме ничего не осталось. В прошлый раз я купил три бутылки. Выпил… Не помню… Но три выпить я не мог – это было бы расточительством!

ЛИДИЯ НИКОЛАЕВНА. Я вылила водку в раковину!

КОСТЯ. Ты не могла! Ты же моя мать! Ты водку спрятала! Ну что ж, тогда поиграем в новейший домашний «водкоискатель»…

ЛИДИЯ НИКОЛАЕВНА. Костя, не надо!

МАРИНА. Константин, я сейчас уеду!

КОСТЯ. Никуда ты не уедешь – ты заложница.

ЮРИЙ ЮРЬЕВИЧ. «Водкоискатель»? Это тоже ваше изобретение?

КОСТЯ. Сейчас увидите! Лена! Иди сюда!

ЛИДИЯ НИКОЛАЕВНА. Ты этого не сделаешь!

КОСТЯ. Сделаю! Ленка! Я тебя жду.

Появляется Елена. Она одета в серенький, офисный костюмчик, скрывающий все ее женские достоинства. Юрий Юрьевич осматривает ее недоуменно. Она встречает его взгляд с вызовом.

ЕЛЕНА. Костя, что случилось?

КОСТЯ. Дочка, дай руку!

ЕЛЕНА. Нет, папа, прошу тебя!

КОСТЯ. Дай! (Хватает ее за руку.) Объясняю устройство домашнего «водкоискателя». Леночка у нас девушка честная и очень порядочная. Когда она вынуждена лгать, пальчики у нее дрожат… Теперь понятно?

ЮРИЙ ЮРЬЕВИЧ. Гениально!

МАРИНА. Отпусти ее!

КОСТЯ. Графиня, вы сознательно покинули наше дворянско-рабоче-крестьянское гнездо, и теперь прошу не вмешиваться в мою семейную жизнь!

МАРИНА. Не могу на это смотреть! (Уходит.)

ЛИДИЯ НИКОЛАЕВНА. Костя, не надо – я тебе так отдам.

КОСТЯ. Поздно, я обещал продемонстрировать нашему уважаемому террористу действие новейшего домашнего «водкоискателя».

ЛИДИЯ НИКОЛАЕВНА. Сынок, что ж ты с собой делаешь!

СЕРГЕЙ АРТАМОНОВИЧ (утешает ее). Мужайтесь, алкоголизм – наследственная болезнь аристократов. Сын графа Зубова выпивал в день…

ЛИДИЯ НИКОЛАЕВНА. Да идите вы с вашими аристократами!

КОСТЯ (тащит Елену за руку вдоль книжных шкафов). Здесь?

ЕЛЕНА. Нет!

КОСТЯ. Здесь?

ЕЛЕНА (отчаянно). Нет!

КОСТЯ. Здесь?

ЕЛЕНА. Н-нет…

КОСТЯ. Зде-есь! (Отпускает Елену, извлекает из-за книг две бутылки водки.) Вот они, мои двойняшечки! Соскучились?

ЮРИЙ ЮРЬЕВИЧ. Здорово!

КОСТЯ. Мама, стели скатерть! Предводитель, идемте колбасу порежем. Еще у меня есть чудные маринованные грибочки!

СЕРГЕЙ АРТАМОНОВИЧ. Собственно говоря…

КОСТЯ. Предводитель, не гнушайтесь простым трудом, а то опять революцию дождетесь!

Они уходят. Лидия Николаевна начинает накрывать стол. Елена ей помогает.

ЕЛЕНА (глядя им вслед). Раньше папа таким не был. Он вообще не пил и думал только о своих опытах. Его даже на Государственную премию выдвигали… Но однажды он пришел в понедельник на работу – и увидел, что в лаборатории евроремонт делают. А оборудование – папа его пятнадцать лет конструировал – на свалку вывезли. Помещение, оказывается, продали под казино…

ЮРИЙ ЮРЬЕВИЧ. Под какое казино?

ЕЛЕНА (протирает рюмки). «Золотой шанс».

ЮРИЙ ЮРЬЕВИЧ. Что вы говорите?

ЕЛЕНА. В тот день папа впервые напился. Мама даже сначала обрадовалась: пусть уж лучше попьет. Папа ведь хотел директора института убить – это он лабораторию закрыл…

ЮРИЙ ЮРЬЕВИЧ. Я в этой квартире с ума сойду! Болик, ты слышал? Из-за чего, собственно, человек с катушек слетел? Ну закрыли твою лабораторию – найди себе другое дело! Я сначала джинсами торговал, потом водкой… Сейчас вот страховым бизнесом занимаюсь. И ничего!

ЛИДИЯ НИКОЛАЕВНА (отрывается от сервировки стола). А от чего вы страхуете?

ЮРИЙ ЮРЬЕВИЧ. От всего. Но от глупости я не страхую. Сломаться из-за какой-то дурацкой лаборатории!

ФЕДОР ТИМОФЕЕВИЧ. А если это было дело его жизни?

ЮРИЙ ЮРЬЕВИЧ. Не бывает так! Не бывает! Дело – для жизни, а не жизнь – для дела!

ЛИДИЯ НИКОЛАЕВНА. Вы же Костю не знаете! Он с детства природой интересовался и всегда что-нибудь придумывал. Однажды, ему лет девять было, он меня спросил: «Мама, а если скрестить кактус и фикус, получится фиктус?» Я ему, конечно, сказала, что невозможно скрестить эти растения. Мы его даже потом «фиктусом» дразнили. Очень обижался. И что вы думаете? Подрос – и скрестил… К нам со всего дома на это чудо смотреть приходили!

ФЕДОР ТИМОФЕЕВИЧ. Лида, зачем ты ему это рассказываешь? Он все равно не поймет.

ЮРИЙ ЮРЬЕВИЧ. Да, не пойму! Я тупой. (Елене.) Вы тоже так считаете, Елена Константиновна?

ЕЛЕНА. Нет, вы совсем не тупой. И в том, что касается бизнеса, иногда принимаете такие решения, что я вами даже восхищаюсь. Но вместе с тем вы не понимаете самых простых вещей…

ЮРИЙ ЮРЬЕВИЧ. Да! Не понимаю! Не могу, например, понять, зачем вы нацепили этот костюм? Даже не костюм, а мышиную шкурку в человечий рост.

ЕЛЕНА. Я же говорю, самых простых вещей вы не понимаете.

Возвращаются Костя и Сергей Артамонович с тарелками.