— Отец Джоуна… Он догадался о том, что что-то случилось. А я просто не могла больше носить это в себе. И я созналась ему во всем. И знаешь, что он сделал, Майкл? Он был очень мягок со мной. Очень добр. И вот это я вспомнила в первую очередь, когда открылась ужасная правда о нем. Проявить такую доброту и мягкость, а потом повернуться спиной и сделать то, что он сделал с Эшли. Я… я больше ничего не понимаю, Майкл, не понимаю, и все гут. — Роза разрыдалась, но быстро взяла себя в руки. — Прости меня, — сказала она. — Я не имела никакого права звонить и взваливать на тебя свои беды. Не знаю, зачем я все это рассказываю, честное слово.
— Все нормально. Откровенно говоря, я не знаю, что сказать. Я никогда не был силен в таких вещах.
— Ты выслушал меня. В отличие от Теда.
— Я могу чем-нибудь помочь?
— Расскажи мне о Саре. Мы с тобой много разговаривали, но ты ни разу не рассказывал мне о том, какой она… была прежде.
— Что ты хочешь знать?
— Все, — ответила Роза. — Я хочу знать все.
Вполне уместный вопрос, — заявил Билл, переворачивая гамбургеры и хот-доги, жарившиеся на гриле, установленном на подъездной дорожке. Наступил чудесный весенний вечер, и гости и хозяева вышли во двор, наслаждаясь приятной прохладой. Далеко в воздухе разносились крики мальчишек, играющих в хоккей на другом конце улицы.
Чтобы отряхнуть желтый резиновый мячик от собачьей слюны, Майк пинком ноги отправил его в полет вдоль подъездной дорожки и, когда тот прикатился обратно, забросил его на задний двор Билла. Фанг с лаем устремился за ним.
— Ладно, я буду Человеком-пауком.
— Ты — идиот.
— Если бы я мог выбирать, кем из супергероев стать, то выбрал бы Человека-паука.
— Но Супермен может летать.
— И Человек-паук тоже. Он летает на паутине.
Билл покачал головой.
— Раскачиваться и прыгать на паутине — еще не значит летать, брат.
— Это одно и то же.
— Ничуть не бывало. Человеку-пауку нужны высокие здания, небоскребы — ну, ты понимаешь, всякая дрянь, чтобы было за что цеплять свою паутину. Иначе он так и останется сидеть на земле. Как, например, он может перепрыгнуть — прошу прощения, перелететь — через кукурузное поле?
— А зачем ему перелетать через кукурузное поле?
— Предположим, его позвали расследовать происхождение кругов на поле.
— Кругов на поле, — повторил Майк.
Фанг, держа в зубах мячик, подошел к грилю, принюхался, недовольно фыркнул и вперевалку направился к Майку.
— Их оставляют инопланетяне. Круги — составная часть их навигационной системы, — разгоняя дым, заявил Билл. — Ты что, не видел фильма «Знаки»?
— Нет. Кстати, чего ты сцепился с Патти из-за гриля?
— Потому что в прошлый раз она сунула на решетку сосиски из соевого творога и думала, что я не замечу разницы. Чертова штука на вкус напоминала подошву. Возьми в прокате и обязательно посмотри «Знаки». Парень, который снял это кино, Найт, — настоящий гений.
Майк подобрал мячик и тут заметил серебристый БМВ с тонированными стеклами, причаливший к тротуару прямо перед домом Билла.
— Ты не говорил мне, что Бам собирается приехать.
— Бам раскатывает на «лексусе», — отозвался Билл. — Эй, это, наверное, «Издательский клиринговый дом». Смотри, нет ли у них камеры и воздушных шариков — они выдают их с головой.
— Нет, те парни ездят на фургонах.
Дверца водителя распахнулась, и наружу вылез молодой человек с коротко стриженными платиновыми волосами, обильно смазанными гелем и торчащими в разные стороны. Неподобающую худобу его костлявого тела прикрывали — Господи Иисусе! — темно-бордовые брюки и черная рубашка. На кончике носа красовались солнцезащитные очки в черной оправе.
— Мистер Салливан! Это я, Энтони.
Билл приложился к бутылке «Сэма Адамса».
— Что ж, теперь я понимаю, почему ты перестал встречаться с девчонками.
— Это секретарь Сэм.
— Сэм держит такого красавчика в секретарях? Ну, иди, встречай его.
Майк зашвырнул мячик на задний двор и зашагал вниз по подъездной дорожке.
— Мы весь день пытались дозвониться вам на сотовый, — сообщил Энтони, когда Майк подошел.
— Вчера вечером я забыл зарядить батарею. Что стряслось?
— Ну, слушайте: ваш отец нанял мистера Вайнштейна в качестве своего адвоката.
Майк стиснул зубы, и на скулах у него заиграли желваки.
— Сэм предупреждала меня, что именно так вы, скорее всего, и отреагируете, — продолжал щебетать Энтони. — Насколько мне известно, вы вдвоем заключили нечто вроде сделки. Почему она сорвалась, я не знаю. Она просила передать, что перезвонит вам позже.
— Сэм сейчас у себя в конторе?
— Нет, до восьми она будет занята на совещании. Она позвонит, обещаю. — Энтони наклонился к открытому окну, взял с приборной панели белый конверт и протянул его Майку. Конверт был запечатан. — Мистер Вайнштейн просил передать его вам лично в руки. Наши курьеры так далеко не забираются, поэтому ваш покорный слуга предложил свои услуги.
— Благодарю, — сказал Майк. — С меня пиво.
— Заметано, — отозвался Энтони и подмигнул. Он сел в машину, высунул руку в окошко и, отъезжая, помахал на прощание.
