- Я хочу поговорить о тебе. Скажи мне, многие поздравили твою мать с шестидесятилетием. Я имею в виду родственников и знакомых.
- Не помню.
- А теперь представь: вся многочисленная родня, близкая и дальняя, я не говорю о так называемых друзьях и знакомых, все как один, как только узнают про твои миллионы, рванутся к тебе. Звонки будут днём и вечером, у ваших дверей выстроится очередь из знакомых и родственников, которых вы не видели уже тысячу лет. Всем захочется с тебя что-нибудь урвать и будут, пока у тебя не закончатся деньги. Ты же никому не сможешь отказать, и всё потому, что всевышний дал тебе сердце, полное любви, и не дал разум. Сразу вспомнят, что ты холостой, и постараются тебя женить на какой-нибудь “дранной кошке”, которая тоже будет тебя доить, пока не оставит с голой задницей. Тебе женщины отдаются за то, что ты орёл, а после этого будут только за деньги и бриллианты. Никто не будет писать тебе стихи как Юсико. Говорят, человека портят не деньги, а их отсутствие. В твоём случае тебя погубят деньги, ты узнаешь людские пороки, обман, жадность, коварство, всё то, что сейчас проходит мимо тебя, а разочаровавшись в людях, станешь злобным и жалким циником. Ты помнишь, что случилось с Аббасом, Исмаилом и многими нашими друзьями?
Передохнув, я продолжил:
- Фофа, мой дорогой, богатая жизнь - это не только красивый костюм от Черрути, это ещё и такие как Зинка, которые «съедят» тебя и не подавятся. Ты бросился защищать женщину, которая хотела «прокатить» нас, а у тебя и в мыслях не было осудить и наказать её. Точно так же ты молча раздашь все свои деньги и ещё будешь всех оправдывать, пока не окажешься на улице с матерью. Тебе-то что, мне будет намного обиднее. Обиднее потому, что это наши деньги. И мне будет жаль денег, которые ты так глупо разбазаришь. Не позволю наплевать на всё это, понял, человек с чистой душой. Я не такой как ты, сознаюсь, я радуюсь, что есть такие как ты в этом мерзком мире, а ты хочешь, чтобы я смотрел на всё что будет и молчал. Лучше я сейчас тебе всё выскажу. На улице двадцать первый век, Фофа, ради денег люди готовы на многое, а ради больших денег люди готовы на всё. Этим миром правит жадность, а ты оптимист. Ты веришь, что на земле есть любовь и во всё прочее, несмотря ни на что, сумел сохранить юношеское легкомыслие и наивность. А мы, большинство, верим, что этим миром правит жестокость. Но такие люди как ты, нам нужны, вы позволяете нам надеяться, что ещё можно изменить мир.
Фуад слегка пожал плечом и кивнул.
- Перестань оправдываться, я полностью доверяю тебе.
- Ты нечто! Никогда не доверяй полностью кому-либо, - сказал я, но, помолчав, добавил я- Конечно, кроме меня! А насчёт денег ты не беспокойся, будешь получать столько, сколько и я. Будем жить, как завещал Диоген: жить и не зависеть от жизни. Фофа, я хочу быть свободным и забыть про свою дурацкую работу. Теперь у нас всё будет иначе, жить и не думать о деньгах, вот как мы будем! Ты можешь встречаться с друзьями-художниками, ездить заграницу и посещать музеи, выставлять работы в картинных галереях…Можешь съездить порисовать на остров Таити к одноухому… Ван Гогу.
- На острове жил его друг Гоген. - поправил меня Фуад
Минут десять мы сидели молча.
- Почему ты молчишь, может, я не прав? Скажешь что-нибудь?
- А чем ты займёшься?
Я выдохнул, отпил немного вина, поставил бокал на стол и переспросил:
- Что буду делать? Я не знаю, но я знаю, не надо строить планы, строим планы, а потом всё в прах. Всё, что захочу! Уйду с работы, это точно. Найду занятие поинтереснее. Миллионы дают возможность “посылать” всех! Никто не поcмеет сказать: “давай отсюда”, а послать многих надо.
- Мечты сбываются.- отведя взгляд произнёс Фуад.- А почему бы нет? Занятие интересное, особенно если прибавить каждому ещё и пинка для ускорения. Конечно, трудно удержаться, чтобы не добавить ещё и пару смачных слов.
Фуад замолк на минуту, а затем со спокойствием философа сказал:
- У меня о чести наивные представления, как у многих выросших в горах. Малик? - затем подумав, поднял бокал с вином до уровня глаз и смущённо добавил. - У меня мечта была, только ты не смейся. Парусная яхта!
- Вы, художники, малость не в себе. И где ты собирался плавать на своей яхте? Каспий закрытое море из него никуда не уплывёшь. Самое большее, доплывёшь до Астрахани или Актау, а там дадут по шее и отберут яхту. Хорошо, если не посадят за нарушение границы.
Он откинулся на спинку, ткнул пальцем вверх и произнёс:
- Ещё я мечтал о монгольфьере…
- Это что такое?
- Воздушный шар, такой большой.
- Так и говори, а мо…как ты сказал?
- Монгольфьер.
- Фофа, на нём даже президент не летает! С чего это он тебе понадобился?
Фуад снова пожал плечом:
- Я понимаю, в наше время романтикам нет места. Тебе что, никогда не хотелось сверху, как орлу, смотреть на мир… лететь куда хочешь.
Я приподнял брови и с трудом сдерживаясь, воскликнул:
- Мы почти неделю носимся по небу, тебе что, этого мало? Не насмотрелся в иллюминатор?
Он вытаращил глаза и, слегка улыбаясь, возразил:
- Малик, это разные вещи.
