Уже на бирже мой оптимизм поубавился. Не сразу, так как Капитан Пик, маленький, похожий на кролика человечек, был сама любезность и услужливость, и я решила обращаться с ним поуважительнее, понимая, что от этого ничтожного чиновника, раздувающегося от важности, во многом зависит успех моего предприятия. Я сообщила ему, что мне нужны пятьдесят человек для работы на плантации, но что я не могу платить им ежемесячно, однако смогу содержать их до самой уборки урожая, когда буду в состоянии расплатиться с ними полностью. Он указал, с величайшим сожалением, что это против правил, установленных на бирже. Каждый негр, кроме жалованья, должен по контракту получать кров не только для себя, но и для всей своей семьи. Я настаивала, не забыв уточнить, что я сама из Новой Англии, и он несколько смягчился. Но не раньше чем я достала из сумочки банкноту и незаметно сунула ему через стол, я поняла, что убедила его. Окинув быстрым взглядом крошечный офис, он ловко спрятал деньги под стопкой бумаг и вытянул из нее же бланк для заполнения. Теперь он стал забрасывать меня вопросами. Есть ли у меня, спрашивал он, достаточно пригодное жилье для негров?
Я ответила, что домиков для этого у меня предостаточно и они будут содержаться в порядке.
Его кроличий носик снова задергался. Известно ли мне, что контракт предусматривает и выделение участка земли, где негры могут выращивать овощи для себя, и что им наряду с жильем должна быть предоставлена пища?
Я заверила мистера Пика, что в курсе. Он взял карандаш.
– Итак, где находится ваша плантация, мисс?
– Это место известно под названием Семь Очагов.
Карандаш повис в воздухе.
– Вы сказали, Семь Очагов, мисс? Это вниз по реке, где она попадает в пролив?
– Ну да.
Он нервозно пожевал свои жиденькие усики и, запинаясь, стал бормотать что-то неубедительное о том, как трудно будет подобрать людей, которых я просила.
– Но ведь их здесь болтается полным-полно. Какие могут быть трудности? – возразила я.
Он замямлил что-то в прежнем духе. Господа Ли с Батлер-айленд забирают большую часть негров; майор Мид с Кэннен-пойнт подрядил сотню негров к Пахоте. Если я зайду как-нибудь в другой раз, он попробует чем-нибудь помочь…
Я была разочарована, выходя с Рупертом из здания биржи, и вспомнила о всех своих сомнениях по поводу Семи Очагов. Озадаченный взгляд капитана парохода и изумленные глаза жены лавочника, как только я упоминала о том, что направляюсь в Семь Очагов. Теперь то же сомнение я прочитала в кроличьих глазках мистера Пика, и здравый смысл уже подсказывал мне, что дело не только в странности супруги Сент-Клера Ле Гранда. Однако я не намерена была сдаваться. Я слишком хорошо знала, что если кто-то готов платить, то он может преодолеть все препятствия.
Мы с Рупертом направились в другую часть Дэриена, где, как я узнала, проживал в своем неряшливом доме некто Том Гриббл, который мог починить рисовую мельницу. Договорившись с этим быстроглазым "белым оборванцем", я узнала также от него, что по соседству продают мула. Он даже натянул на свои выгоревшие волосы поношенную соломенную шляпу и проводил меня туда, где я успешно сторговала животное.
Занятая мыслями о том, как бы начать работы уже с понедельника, я отправилась назад в Дэриен, но тут мои раздумья прервал Руперт, который вдруг встал как вкопанный.
– Дядя Руа, – сказал он.
Я увидела одетую в коричневое фигуру верхом на пританцовывающей Сан-Фуа. Когда он заметил нас, то натянул вожжи и подъехал ближе.
Я посмотрела на Руперта, который неподвижно стоял на месте, и на лице его были написаны самые противоречивые чувства. Словно он напрягал всю свою волю, чтобы не поддаться соблазну.
– Ты что же, Руперт, – упрекнула я его, – не поздороваешься со своим дядей Руа?
– Папа сказал, что я не должен с ним разговаривать.
– Но мне твой папа таких указаний не давал, – напомнила я. – Иди – поздоровайся с дядей.
Его лицо прояснилось, и, бросив мою руку, он бросился к одетому в коричневую оленью кожу всаднику.
– Дядя Руа! – закричал он.
Руа Ле Гранд помахал мне одной рукой, а другой обнял Руперта и взъерошил ему волосы:
– Привет, малыш Руперт!
Я подошла к ним:
– Добрый день, сэр.
– Приветствую вас, Эстер Сноу. А что вы оба делаете в Дэриене? Приехали на ярмарку?
– Какую ярмарку?
– Вы разве не слышали? В Дэриене ярмарка. С каруселью.
Руперт сжал мою руку.
– О, Эстер! Давай сходим на ярмарку, – взмолился он.
– А где эта ярмарка? – спросила я.
– На большой поляне в лесу, в другой части города.
– И что же там происходит?
– Довольно убогое веселье, но не для тех, у кого вообще никаких развлечений. – Он многозначительно посмотрел на меня.
– Там, наверное, есть звери.
– Облезлая обезьяна и медведь. Да еще пара чахлых свиней.
– А что такое – как вы сказали – карусель?
Руперт приплясывал от нетерпения.
– Что такое карусель, дядя Руа?
– Новое устройство, которое кружится вот так, – показал он рукой, – пока играет музыка.
Руперт был в восторге.
– Эстер, пожалуйста, давай сходим.
Я положила руку ему на плечо.
– Скажите, сэр, это место далеко отсюда?
– Пешком далековато, но ведь есть Сан-Фуа.
– Втроем на одной лошади?
